При долгом COVID мозг может терять дофаминовые нейроны — ученые впервые увидели это на ПЭТ-сканировании

Новое исследование показало возможный биологический механизм «тумана в голове», потери мотивации и хронической усталости после COVID-19.

Исследователи впервые посмотрели не на воспаление, а на сами дофаминовые нейроны

Большинство предыдущих работ было посвящено воспалению мозга. Однако команда Центра психического здоровья CAMH (Торонто) решила проверить другую гипотезу: что если воспаление уже успело повредить сами нервные клетки, отвечающие за выработку дофамина?

Для этого исследователи использовали позитронно-эмиссионную томографию (ПЭТ) — один из самых точных методов изучения живого мозга. Вместо того чтобы оценивать кровоток или активность мозга в целом, они измеряли количество белка VMAT2 — признанного маркера целостности окончаний дофаминовых нейронов. Чем меньше этого маркера, тем меньше остается функционирующих дофаминовых нервных окончаний.

В исследование вошли 24 человека с долгим COVID и 24 здоровых добровольца аналогичного возраста. Участники с долгим COVID перенесли только легкую или среднетяжелую форму инфекции, но спустя месяцы продолжали испытывать выраженные когнитивные и нейропсихиатрические симптомы.

Что именно обнаружили

Результат оказался неожиданно последовательным.

Во всех исследованных отделах полосатого тела (стриатума) уровень VMAT2 оказался значительно ниже у людей с долгим COVID.

Снижение составило примерно:

• 20% в вентральном стриатуме;
• 16% в дорсальном путамене;
• 17% в хвостатом ядре.

Важно, что похожих изменений не обнаружили у людей, которые перенесли COVID-19 и полностью восстановились. Это говорит о том, что сами по себе перенесенная инфекция или вакцинация не объясняют результаты — изменения были связаны именно с синдромом долгого COVID.

Вот где происходит ключевой момент

Дофамин часто называют «гормоном удовольствия», но это сильное упрощение.

На самом деле дофамин — один из главных химических посредников мозга. Он помогает человеку:

• начинать действие;
• поддерживать мотивацию;
• быстро переключать внимание;
• двигаться;
• формировать рабочую память;
• обучаться новым навыкам.

Поэтому нарушение дофаминовой системы может проявляться не только плохим настроением, а ощущением, что «сил нет начать даже простое дело», «голова не включается» или «мысли стали вязкими».

Симптомы совпали с тем, что увидели на снимках мозга

Наиболее интересной частью исследования стало совпадение локализации изменений с конкретными жалобами пациентов.

Исследователи обнаружили:

• чем меньше VMAT2 в вентральном стриатуме, тем сильнее выражена апатия;
• чем меньше показатель в дорсальном путамене, тем медленнее движения и выполнение моторных тестов;
• чем меньше показатель в хвостатом ядре, тем хуже результаты тестов памяти.

Это не просто статистическая связь между заболеванием и жалобами. Каждая область мозга оказалась связана именно с той функцией, за которую она известна в современной нейробиологии.

Почему это особенно интересно

Еще в предыдущих исследованиях эта же группа ученых показала, что при долгом COVID в этих областях мозга сохраняется повышенная активность микроглии и астроцитов — клеток иммунной системы мозга.

Теперь появилась следующая картина.

Сначала возникает хроническое воспаление.

Затем именно в этих участках обнаруживается снижение маркеров дофаминовых нейронов.

После этого появляются симптомы, которые хорошо соответствуют функциям поврежденных участков мозга.

Исследование не доказывает, что воспаление напрямую уничтожает дофаминовые нейроны, но такая последовательность выглядит биологически правдоподобной.

Момент осознания

Самое важное открытие этой работы заключается не в том, что ученые нашли «новую болезнь».

Они впервые получили объективное биологическое объяснение симптомов, которые многие пациенты годами слышали как «стресс», «депрессия» или «вам просто нужно восстановиться».

Это не означает, что каждый случай долгого COVID связан именно с дофамином. Но исследование показывает: у части пациентов изменения можно увидеть не только по жалобам, но и на молекулярном уровне в живом мозге.

Можно ли теперь лечить долгий COVID препаратами для дофаминовой системы?

Пока — нет.

Авторы исследования очень осторожны в выводах.

Они лишь предполагают, что существующие препараты, усиливающие работу дофаминовой системы (например, предшественники дофамина или ингибиторы его распада), могут стать кандидатами для будущих клинических испытаний.

Это не рекомендация использовать такие лекарства самостоятельно. Подобные препараты имеют серьезные побочные эффекты и применяются только по строгим показаниям. Более того, сами исследователи подчеркивают, что подобная терапия может оказаться полезной лишь для определенной группы пациентов с «дофаминовым фенотипом» долгого COVID.

Следующим шагом станет клиническое исследование, в котором ученые проверят, сможет ли воздействие на дофаминовую систему улучшить память, мотивацию и выраженность усталости.

Что важно помнить об ограничениях

Несмотря на впечатляющие результаты, работа имеет ограничения.

В исследовании участвовали всего 24 пациента с долгим COVID.

Исследование показывает связь, но не доказывает причинно-следственные отношения.

Кроме того, ПЭТ измеряет количество белка VMAT2, а не подсчитывает погибшие нейроны напрямую. Поэтому речь идет о снижении маркера дофаминовых окончаний, которое наиболее вероятно отражает ухудшение их целостности, но не является прямым доказательством необратимой гибели клеток. Авторы также отмечают, что долгий COVID крайне неоднороден, и полученные результаты могут относиться прежде всего к пациентам с выраженными когнитивными и мотивационными нарушениями.