Врача убили на кухне собственного дома из-за его медицинской практики

Убийство Барнетта Слепиана показало, что насилие против врача угрожает не только его жизни, но и доступности медицинской помощи для пациентов.

Пятничный вечер в Амхерсте

Вечером 23 октября 1998 года 52-летний Барнетт Слепиан (Barnett Slepian) вернулся с семьёй из синагоги в свой дом в Амхерсте, пригороде американского города Буффало, штат Нью-Йорк.

Около десяти часов вечера врач находился на кухне. Его жена и дети были дома. Снаружи, в лесистой части участка за домом, скрывался вооружённый человек.

Раздался один выстрел.

Пуля пробила заднее окно кухни и попала Слепиану в спину. Члены семьи пытались остановить кровотечение. Прибывшие спасатели доставили врача в больницу, но спасти его не удалось.

Убийца не пытался проникнуть в дом. Не было ни ограбления, ни бытового конфликта. Нападение было заранее подготовлено, а жертву выбрали из-за её профессиональной деятельности.

Барнетт Слепиан был акушером-гинекологом. Он наблюдал беременных женщин, принимал роды, лечил гинекологические заболевания и проводил аборты в клинике Buffalo GYN Womenservices. Кроме того, у него была собственная врачебная практика.

Именно проведение абортов сделало его мишенью для радикального противника этой медицинской процедуры.

Врач, которого запомнили иначе

После убийства американская пресса часто называла Слепиана «врачом, проводившим аборты». Формально это было верно, однако такое определение отражало лишь одну часть его профессиональной жизни.

На похороны пришли сотни людей, включая пациентов. Некоторые привели детей, появившихся на свет благодаря помощи Слепиана.

Раввин Роберт Айзен, хорошо знавший врача, позднее рассказывал журналистам, что для местного сообщества Слепиан прежде всего был человеком, который постоянно принимал роды. Проведение абортов составляло лишь часть его работы.

Этот контраст оказался существенным. Для пациентов Слепиан был врачом, сопровождавшим беременность и помогавшим при рождении детей. Для убийцы вся его личность и многолетняя медицинская практика свелись к одной процедуре, которую тот считал недопустимой.

Слепиан не скрывал своей позиции. Несмотря на угрозы и протесты, он продолжал выполнять медицинские вмешательства, разрешённые американским законодательством того времени.

Но опасность он осознавал.

Ещё в интервью местному телевидению в 1994 году врач говорил, что не столько боится насилия против себя, сколько переживает за жену и детей и думает о том, что случится с ними, если его не станет.

Через четыре года именно дома, рядом с семьёй, он получил смертельное ранение.

Предупреждение, поступившее за несколько часов до убийства

Особенно тяжёлый вопрос для правоохранительных органов возник после выяснения обстоятельств последнего дня жизни Слепиана.

23 октября, примерно в 16:00, его жена Линн направила местной полиции по факсу предупреждение Национальной федерации абортов (National Abortion Federation). Организация сообщала об угрозе новых нападений на врачей.

Начальник полиции Амхерста Джон Аски позднее подтвердил журналистам CBS News получение этого документа.

Никаких дополнительных действий после получения предупреждения предпринято не было. При этом, согласно объяснениям полиции, Линн Слепиан не обращалась с отдельной просьбой предоставить семье охрану.

Приблизительно через шесть часов прозвучал смертельный выстрел.

Нельзя утверждать, что конкретные меры полиции обязательно предотвратили бы преступление. Однако эта последовательность событий обнажила проблему, которая хорошо знакома современным системам безопасности: получение информации об угрозе ещё не означает эффективного предотвращения нападения.

Тем более что угроза не была абстрактной.

Пять нападений по сходному сценарию

Убийство Слепиана не было первым нападением такого рода.

С ноября 1994 по ноябрь 1997 года в США и Канаде произошли четыре снайперских нападения на врачей, проводивших аборты.

Их география охватывала Ванкувер, Анкастер, Рочестер и Виннипег.

Во всех четырёх случаях нападения происходили возле домов врачей. Преступник стрелял через окно, используя мощное огнестрельное оружие. Пострадавшие выжили.

Сходство обстоятельств заставило американские и канадские правоохранительные органы начать совместное расследование. Не позднее января 1998 года действовала межгосударственная следственная группа Project Equality.

В октябре 1998 года врачи получили предупреждения о возможных новых нападениях. Смерть Слепиана стала первым летальным исходом в этой серии похожих преступлений.

Важно различать установленное сходство нападений и доказанную ответственность конкретного преступника. Хотя следователи изучали возможную связь этих эпизодов, последующее осуждение Джеймса Коппа за убийство Слепиана само по себе не доказывало его вину во всех предыдущих нападениях.

Тем не менее общий характер угрозы уже был очевиден: мишенью становился не медицинский кабинет и даже не клиника, а сам врач — включая его частную жизнь.

Джеймс Копп и многолетнее расследование

Подозреваемым в убийстве оказался Джеймс Чарльз Копп (James Charles Kopp), радикальный противник абортов.

После преступления он покинул США. Его разыскивали на международном уровне, а в марте 2001 года задержали во французском городе Динан.

В 2003 году суд штата Нью-Йорк признал Коппа виновным в умышленном убийстве и назначил наказание от 25 лет заключения до пожизненного лишения свободы.

Сам Копп утверждал, что намеревался лишь ранить врача, чтобы тот больше не проводил аборты. Суд не принял эту версию как основание для освобождения от ответственности за умышленное убийство.

В январе 2007 года последовал отдельный обвинительный вердикт федерального суда. Копп был признан виновным в нарушении федерального законодательства, защищающего доступ к репродуктивной медицинской помощи, а также в преступлении с применением огнестрельного оружия.

19 июня 2007 года ему назначили пожизненное заключение с дополнительными десятью годами лишения свободы.

Так преступление, совершённое на частной кухне, стало предметом не только уголовного преследования за убийство, но и федерального дела о насильственном воспрепятствовании медицинской деятельности.

Закон существовал. Систему защиты пришлось усиливать

Ещё в 1994 году в США был принят Закон о свободе доступа к клиникам — Freedom of Access to Clinic Entrances Act, или FACE Act.

Он запрещал применять силу, угрозы или физическое воспрепятствование, чтобы мешать людям предоставлять или получать репродуктивную медицинскую помощь.

Следовательно, убийство Слепиана не стало причиной принятия этого закона: правовой инструмент уже существовал.

Проблема заключалась в другом.

Отдельные уголовные дела и местные расследования не обеспечивали достаточной координации при противодействии угрозам, выходившим за пределы одного города или даже государства.

9 ноября 1998 года, спустя 17 дней после убийства, генеральный прокурор США Джанет Рино объявила о создании Национальной группы по противодействию насилию в отношении медицинских работников — National Task Force on Violence against Health Care Providers.

Её деятельность была сосредоточена на защите учреждений репродуктивного здравоохранения, их сотрудников и пациентов.

В задачи вошли координация расследований, обмен информацией между ведомствами, выявление учреждений повышенного риска, разработка мер безопасности и подготовка сотрудников правоохранительных органов.

В работу включили представителей Министерства юстиции, ФБР и других федеральных структур.

Событие показало принципиальное различие между наличием закона и способностью государства предупреждать преступления. Уголовное наказание действует после нарушения. Предотвращение насилия требует ещё и обмена информацией, своевременной оценки угроз и реальных защитных мер.

Почему эта история важна сегодня

Спустя 28 лет вопрос безопасности врачей, оказывающих репродуктивную медицинскую помощь, не утратил актуальности.

30 сентября 2026 года американский исследовательский центр Urban Institute опубликовал материал о растущих угрозах безопасности медицинских работников и сотрудников клиник, предоставляющих услуги по прерыванию беременности.

Исследователи опирались на 120 интервью со 164 участниками — медицинскими работниками, представителями общественных организаций и специалистами в сфере политики здравоохранения — в 13 штатах США.

Собеседники рассказывали об угрозах, преследовании и опасениях за собственную безопасность и безопасность членов семьи. Некоторые выражали тревогу, что подобные условия могут отпугивать будущих специалистов от работы в этой области.

Это качественное исследование, а не репрезентативная оценка распространённости насилия во всей американской системе здравоохранения. Его результаты нельзя автоматически переносить на каждого врача или каждую клинику.

Но они показывают, почему проблема не сводится к физической защите конкретного медицинского учреждения.

Когда клиника испытывает постоянное давление, ресурсы приходится направлять на безопасность вместо медицинской деятельности. Если врачи прекращают предоставлять определённые законные услуги из-за угроз, последствия испытывают пациенты.

Это касается и управленческих решений. Безопасность медицинского персонала — часть устойчивости системы здравоохранения наряду с кадрами, лекарственным обеспечением, качеством лечения и организацией помощи.

При этом важно сохранять различие между законной общественной дискуссией и насилием.

Вопросы абортов связаны с серьёзными этическими, религиозными, медицинскими и правовыми разногласиями. Люди могут выступать за изменение законодательства, критиковать медицинские практики и публично выражать несогласие.

Но наличие таких разногласий не даёт права угрожать врачу, преследовать его семью или применять насилие.

После убийства Слепиана многие представители организаций с противоположными взглядами на аборты публично осудили преступление. Это важное напоминание о том, что радикальное насилие нельзя автоматически приписывать всем участникам общественного спора.