30 лет в психиатрической больнице — судьба Камиллы Клодель

История выдающейся французской скульпторши о психиатрии, семейной власти и границах медицинской помощи

19 октября 1943 года в психиатрической больнице Монфаве на юге Франции умерла Камилла Клодель — одна из наиболее самобытных скульпторов своего времени. Ей было 78 лет, последние тридцать из которых она провела в психиатрических учреждениях. Сегодня её произведения хранятся в крупнейших музеях, а история принудительной госпитализации стала предметом дискуссий о правах пациентов, ответственности врачей и границах психиатрического лечения. Обстоятельства её смерти добавляют к этой истории ещё одну трагическую страницу — массовую гибель пациентов французских психиатрических больниц во время Второй мировой войны.

Бронзовая скульптура в мастерской Камиллы Клодель на фоне палаты психиатрической больницы - символ творческой свободы и 30 лет изоляции
Тридцать лет без мастерской и скульптур. Камилла Клодель провела последнюю треть жизни в психиатрических учреждениях Франции.

Последняя комната Камиллы Клодель

19 октября 1943 года Камилла Клодель находилась в больнице Монфаве неподалёку от Авиньона.

На официальном сайте учреждения сохранилось описание комнаты, в которой закончилась её жизнь. Помещение площадью около десяти квадратных метров, металлическая кровать, небольшой деревянный стол, стул и окно с решёткой.

Здесь умерла женщина, чьи скульптуры за несколько десятилетий до этого вызывали восхищение в художественных кругах Парижа.

Клодель была не просто ученицей или возлюбленной Огюста Родена. Она обладала собственным художественным языком, работала с бронзой, мрамором и ониксом, создавала композиции, отличавшиеся сложностью движения и необычайной психологической выразительностью.

Её произведения «Вальс», «Зрелый возраст», «Болтушки» и «Волна» сегодня рассматриваются как самостоятельные достижения французской скульптуры конца XIX века.

Но между признанием её художественного таланта и последними годами жизни лежали три десятилетия, на протяжении которых Клодель практически исчезла из общественной жизни.

Март 1913 года: госпитализация, которая стала пожизненной

К началу XX века психическое состояние Камиллы Клодель заметно ухудшилось.

Она всё больше изолировалась от окружающих, испытывала серьёзные материальные затруднения и была убеждена, что Роден и связанные с ним люди преследуют её и намерены присвоить результаты её работы.

Врачи того времени описывали у неё бред преследования — устойчивые убеждения о враждебных действиях окружающих, не подтверждавшиеся объективными обстоятельствами.

Сохранились также свидетельства о разрушении ею собственных произведений. В письме родственнице, написанном приблизительно в 1912 году, Клодель рассказывала, как уничтожала восковые модели и разбивала скульптуры молотком.

Это существенная деталь. Представлять её исключительно здоровой женщиной, которую родственники отправили в больницу из-за независимого характера, означало бы игнорировать документальные свидетельства тяжёлого психического расстройства.

3 марта 1913 года умер отец Камиллы, Луи-Проспер Клодель, долгое время поддерживавший её художественные занятия и защищавший интересы дочери.

Камилле не сообщили о его смерти. Она не присутствовала на похоронах.

7 марта врач Мишо составил медицинское заключение, необходимое для помещения в психиатрическое учреждение.

10 марта 1913 года 48-летнюю Клодель госпитализировали в больницу Виль-Эврар неподалёку от Парижа.

Формально процедура называлась «добровольным помещением» — placement volontaire.

Однако добровольной она была не для самой пациентки. Заявление о госпитализации подала её мать.

Так работало французское психиатрическое законодательство, основанное на законе 1838 года. Оно допускало помещение человека в психиатрическое учреждение по инициативе родственников при наличии необходимого медицинского заключения.

Первоначально такая система рассматривалась как способ обеспечить лечение людям, которые не могли самостоятельно обратиться за помощью.

Но одновременно она создавала возможность надолго лишить человека самостоятельности.

Для Камиллы Клодель госпитализация 10 марта 1913 года оказалась началом заключительного периода жизни.

За пределы психиатрических учреждений она больше не вернулась.

Тридцать лет без мастерской

В сентябре 1914 года, после начала Первой мировой войны, Камиллу перевели в психиатрическую больницу Мондеверг в Монфаве.

Там она провела оставшиеся 29 лет.

Согласно материалам музея Камиллы Клодель, во время госпитализации она больше не занималась скульптурой. Впрочем, её творческая деятельность практически прекратилась ещё до помещения в больницу, когда психическое состояние существенно ухудшилось.

Особенно тяжёлой стороной её жизни стала социальная изоляция.

Мать, умершая в 1929 году, ни разу не посетила Камиллу в больнице. Сестра также не приезжала.

Брат, известный поэт и дипломат Поль Клодель, за три десятилетия навестил её примерно двенадцать раз.

В 1929 году к Камилле приехала её давняя подруга, британская скульпторша Джесси Липскомб, вместе с мужем. Их встреча сохранилась на фотографии.

Больница Монфаве сообщает, что семья ограничивала посещения и переписку пациентки. Многие написанные ею письма так и не покинули учреждение.

Врач Бруне, наблюдавший Клодель, обращал внимание родственников на её одиночество и необходимость контакта с семьёй. Однако эти рекомендации не изменили её положения.

Первоначально Камилла находилась в отделении, предназначенном для пациентов из обеспеченных семей. Впоследствии условия содержания ухудшились, и ей пришлось жить в общем помещении с другими пациентками.

Так постепенно исчезла возможность не только заниматься искусством, но и поддерживать обычные человеческие отношения.

Для понимания этой истории важно различать два вопроса.

Первый — нуждалась ли Клодель в психиатрической помощи?

Судя по сохранившимся медицинским свидетельствам, основания для серьёзного беспокойства о её состоянии действительно существовали.

Второй — была ли необходима непрерывная изоляция на протяжении тридцати лет?

Ответить на него с современной клинической уверенностью невозможно. Однако сама длительность госпитализации, ограничения общения и отсутствие возвращения к самостоятельной жизни требуют отдельной оценки.

Наличие психического заболевания ещё не означает, что любая форма ограничения свободы автоматически становится медицински оправданной.

Признание, которое пришло слишком поздно

В истории Камиллы Клодель есть примечательный эпизод, показывающий сложность её отношений с семьёй и художественным окружением.

В 1914 году, когда Роден занимался созданием будущего музея своих произведений, писатель и художественный критик Матиас Морхар предложил выделить там отдельный зал для работ Камиллы.

Роден поддержал предложение.

Но Поль Клодель, брат скульпторши, категорически возражал.

Спустя десятилетия произошло почти обратное.

В 1949 году именно Поль обратился в музей Родена с предложением организовать ретроспективную выставку произведений сестры.

Она открылась 16 ноября 1951 года, через восемь лет после её смерти.

В 1952 году Поль Клодель передал музею несколько важнейших работ Камиллы.

Настоящее возвращение её имени в историю искусства началось значительно позже, особенно в 1980-е годы.

В марте 2017 года во французском Ножан-сюр-Сен открылся музей Камиллы Клодель, посвящённый её творчеству.

Женщина, чья переписка десятилетиями ограничивалась, а просьбы о возвращении домой оставались без результата, получила собственный музей спустя 74 года после смерти.

Смерть во время другой трагедии

Последние годы жизни Клодель совпали с периодом немецкой оккупации Франции.

Во время Второй мировой войны французские психиатрические учреждения оказались в катастрофическом положении.

Нехватка продовольствия, ограничения снабжения и недостаточное внимание властей привели к массовому недоеданию среди госпитализированных пациентов.

Особенно уязвимыми оказались люди, постоянно проживавшие в закрытых учреждениях и полностью зависевшие от больничного питания.

Французский историк медицины Изабель фон Бюльцингслёвен исследовала эту трагедию в книге «L’Hécatombe des fous» — «Гекатомба безумцев», опубликованной в 2007 году.

В исторической литературе широко приводится оценка около 45 тысяч пациентов психиатрических больниц, умерших от голода в годы оккупации.

При этом установить точную причину смерти каждого человека трудно: тяжёлое недоедание могло сочетаться с инфекциями и другими заболеваниями.

Историки также различают последствия системного пренебрежения нуждами пациентов и доказанную централизованную политику их преднамеренного уничтожения. Эти явления нельзя автоматически отождествлять.

Согласно официальному сайту больницы Монфаве, смерть Камиллы Клодель, вероятно, была связана с недоеданием, распространённым тогда во французских психиатрических учреждениях.

Однако эта версия не должна представляться окончательно доказанным индивидуальным медицинским диагнозом.

Клодель умерла 19 октября 1943 года в возрасте 78 лет.

Последний раз брат навещал её 21 сентября, менее чем за месяц до смерти.

Сначала Камиллу похоронили на кладбище Монфаве во временной могиле. Спустя приблизительно десять лет её останки перенесли в общую могилу.

Лишь в 2008 году на кладбище появился символический надгробный памятник, посвящённый её памяти.

Психиатрия до появления современных лекарств

Чтобы оценить медицинскую сторону этой истории, необходимо учитывать возможности психиатрии первой половины XX века.

Когда Клодель поступила в больницу в 1913 году, врачи ещё не располагали современными антипсихотическими препаратами.

Эти лекарства предназначены прежде всего для уменьшения психотических симптомов, включая бред и галлюцинации. Они не устраняют автоматически все последствия психического заболевания, но могут существенно облегчать состояние пациента.

Одним из первых препаратов этого класса стал хлорпромазин (chlorpromazine).

Его синтезировали исследователи французской фармацевтической компании Рон-Пуленк (Rhône-Poulenc), а в психиатрической практике он начал применяться в 1952 году.

Это произошло через девять лет после смерти Камиллы Клодель.

Введение хлорпромазина положило начало новому этапу психофармакологии. В последующие десятилетия развитие лекарственной терапии расширило возможности лечения людей с тяжёлыми психическими расстройствами.

При этом историю Клодель нельзя сводить к отсутствию подходящего препарата.

Даже при ограниченных терапевтических возможностях медицина была обязана обеспечивать пациенту достойные условия проживания, питание, человеческое общение и регулярную оценку необходимости дальнейшего пребывания в учреждении.

Эти обязанности не зависели от наличия эффективных антипсихотиков.

Почему эта история важна сегодня

История Камиллы Клодель позволяет увидеть проблему, которая сохраняет значение для современной медицины: необходимость лечения и необходимость ограничения самостоятельности пациента — не одно и то же.

В психиатрической практике действительно возникают ситуации, когда человек не способен адекватно оценивать собственное состояние, а его болезнь требует интенсивной помощи.

Но даже медицински обоснованное решение о госпитализации не должно автоматически превращаться в бессрочное лишение самостоятельности.

Именно поэтому современная психиатрия уделяет всё больше внимания информированному согласию, участию пациента в принятии решений, независимой оценке необходимости ограничительных мер и развитию помощи вне стационара.

В 2023 году Всемирная организация здравоохранения совместно с Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека опубликовала руководство «Mental health, human rights and legislation: guidance and practice».

Документ рассматривает психиатрическую помощь не только как медицинскую услугу, но и как сферу, в которой необходимо защищать достоинство, права и самостоятельность человека.

ВОЗ выступает за развитие помощи по месту жительства, уменьшение зависимости систем здравоохранения от длительной институционализации и отказ от принуждения в пользу подходов, основанных на соблюдении прав пациента.

Разумеется, рекомендации международных организаций не означают, что во всех странах уже существуют одинаковые правовые гарантии или одинаковые возможности амбулаторной психиатрической помощи.

Но направление развития современной психиатрии существенно отличается от системы, в которой оказалась Камилла Клодель.

Для врачей эта история подчёркивает необходимость регулярно пересматривать цели и условия лечения.

Для родственников — важность поддержки человека, даже когда тяжёлое психическое заболевание существенно меняет его поведение.

Для организаторов здравоохранения — опасность превращения длительного пребывания в учреждении в замену реабилитации и социальной помощи.

Для фармацевтической индустрии она напоминает, что создание эффективных лекарств имеет смысл не только тогда, когда уменьшаются симптомы заболевания, но и тогда, когда лечение помогает человеку сохранять или восстанавливать качество жизни.

История Клодель также показывает пределы ретроспективных суждений.

По сохранившимся документам нельзя уверенно установить, как именно следовало лечить её в разные периоды госпитализации. Тем более невозможно утверждать, что современные лекарства обязательно позволили бы ей вернуться к самостоятельной жизни.

Но можно оценить другое: степень социальной изоляции, ограничение контактов, отсутствие творческой деятельности и зависимость человека от решений окружающих.

Именно эти обстоятельства делают её судьбу важным историческим материалом для обсуждения медицинской этики.

Синтез от АПТЕКИУМ: История Камиллы Клодель не требует отрицать её психическое заболевание или объявлять госпитализацию изначально необоснованной.

Она заставляет задать более трудный вопрос: что происходит, когда медицинская помощь постепенно превращается в пожизненное существование внутри учреждения, а голос самого пациента перестаёт иметь значение?

Современная психиатрия располагает лекарствами, диагностическими возможностями и моделями помощи, которых не существовало во времена Клодель. Но развитие технологий само по себе не гарантирует защиту человека от изоляции, пренебрежения или утраты самостоятельности.

Эффективность психиатрического лечения должна оцениваться не только по уменьшению симптомов заболевания, но и по тому, какую жизнь оно позволяет человеку вести.

18+
Для профессионального сообщества:

Данная публикация предназначена для специалистов здравоохранения и участников фармрынка. Аналитические выводы редакции носят информационный характер и не являются призывом к самолечению или заменой очной консультации врача. При работе с лекарственными препаратами необходимо руководствоваться официальной инструкцией и мнением профильного специалиста. Полный текст дисклеймера.

Источники и материалы