Скрытый маркер болезни Альцгеймера может изменить подход к гормональной терапии

Анализ крови способен показать риск деменции за десятилетия до симптомов, а тип гормональной терапии может существенно влиять на этот риск

Болезнь Альцгеймера начинается задолго до первых провалов памяти

Большинство людей воспринимают болезнь Альцгеймера как проблему памяти, которая появляется в пожилом возрасте. Но современная наука показывает совсем другую картину.

Патологические изменения в мозге могут накапливаться десятилетиями до появления первых симптомов. Именно поэтому исследователи по всему миру пытаются найти биомаркеры — измеримые признаки, которые позволяют заметить процесс раньше, чем человек начнет что-либо забывать.

Одним из самых перспективных таких маркеров считается p-tau217.

Это особая форма тау-белка, который играет важную роль в работе нервных клеток. При болезни Альцгеймера тау начинает изменяться, неправильно сворачиваться и накапливаться внутри мозга. Повышенный уровень p-tau217 в крови отражает этот процесс.

Исследователи наблюдали женщин более 25 лет

Авторы работы использовали данные крупного американского проекта Women’s Health Initiative Memory Study.

В исследование вошли 2766 женщин в возрасте от 65 до 79 лет. На момент включения у них не было нарушений памяти или мышления.

Образцы крови были взяты еще в конце 1990-х годов, а затем ученые проследили судьбу участниц на протяжении периода до 25 лет.

Спустя десятилетия исследователи измерили уровень p-tau217 в сохраненных образцах крови и сопоставили результаты с тем, у кого впоследствии развились когнитивные нарушения или деменция.

Такой дизайн особенно ценен, потому что позволяет оценивать риск задолго до появления симптомов.

Неожиданный момент: важен оказался не только биомаркер

Главный результат исследования выглядит впечатляюще.

Женщины с наиболее высокими уровнями p-tau217 имели значительно более высокий риск развития деменции в будущем. В среднем риск был более чем втрое выше по сравнению с женщинами с низкими показателями.

Но самое интересное началось, когда ученые проанализировали влияние гормональной терапии.

Участницы ранее были распределены в группы:

• комбинированная терапия эстрогеном и прогестином;
• терапия только эстрогеном;
• плацебо.

Оказалось, что у женщин, получавших комбинацию эстрогена и прогестина, связь между высоким p-tau217 и будущей деменцией была существенно сильнее.

Для женщин, принимавших только эстроген, такого усиления не наблюдалось.

Именно этот результат привлек наибольшее внимание специалистов.

Почему гормоны вообще связаны с мозгом

Многие воспринимают гормональную терапию исключительно как средство борьбы с симптомами менопаузы.

На самом деле эстрогены активно участвуют в работе мозга.

Они влияют на обмен веществ в нейронах, поддерживают образование новых связей между нервными клетками, участвуют в регуляции воспаления и могут воздействовать на процессы накопления амилоида и тау-белка.

Поэтому вопрос о влиянии гормональной терапии на болезнь Альцгеймера обсуждается уже много лет.

Однако результаты исследований нередко противоречили друг другу.

Одни работы указывали на потенциальную пользу гормонов для мозга, другие находили признаки повышенного риска. Новое исследование предлагает возможное объяснение этой путаницы.

Возможно, эффект зависит не только от самих гормонов, но и от того, что уже происходит в мозге конкретной женщины.

Вот что действительно меняет понимание проблемы

Долгое время ученые пытались ответить на вопрос: «Полезна или вредна гормональная терапия для мозга?»

Но новый анализ подсказывает, что сам вопрос может быть слишком упрощенным. Вероятно, гораздо важнее другой вопрос: «Для кого именно она полезна или рискованна?»

Если у женщины уже присутствуют ранние биологические признаки болезни Альцгеймера, то реакция организма на гормональную терапию может отличаться от реакции женщины без таких изменений.

Именно здесь появляется идея персонализированной медицины. Вместо одинаковых рекомендаций для миллионов людей врачи могут учитывать биомаркеры, генетические особенности и индивидуальный риск.

Генетика тоже играет роль

Особенно сильная связь между p-tau217 и будущей деменцией наблюдалась у носительниц варианта гена APOE ε4.

Этот ген считается самым известным генетическим фактором риска поздней формы болезни Альцгеймера.

Кроме того, более выраженные ассоциации наблюдались у женщин старше 70 лет.

Получается своеобразное наложение нескольких факторов риска: возраст, генетическая предрасположенность, биомаркеры болезни Альцгеймера и особенности гормональной терапии. Именно сочетание этих факторов может определять будущий риск гораздо точнее, чем каждый из них по отдельности.

Можно ли уже сдавать этот анализ для прогнозирования деменции

Пока нет.

Несмотря на впечатляющие результаты, сами авторы подчеркивают важное ограничение. Сегодня анализ на p-tau217 не рекомендуется использовать для прогнозирования деменции у людей без симптомов.

Исследование показывает статистическую связь между маркером и будущим риском, но не позволяет с высокой точностью предсказать судьбу конкретного человека.

Многие люди с повышенными уровнями биомаркеров никогда не сталкиваются с деменцией. И наоборот, болезнь может развиваться под влиянием других факторов. Поэтому до клинического внедрения необходимы дополнительные исследования.

Что это может изменить в будущем

Тем не менее направление выглядит очень перспективным.

Сегодня диагностика болезни Альцгеймера часто начинается тогда, когда симптомы уже заметны. К этому моменту патологический процесс может идти десятилетиями.

Если анализ крови сможет надежно выявлять людей с высоким риском на ранней стадии, это откроет новые возможности для наблюдения, профилактики и индивидуального выбора терапии.

Особенно важным это может оказаться для решений о назначении гормональной терапии после менопаузы. Возможно, в будущем врачи будут учитывать не только возраст, симптомы и сопутствующие заболевания, но и биологические признаки начинающихся нейродегенеративных процессов.