Тирзепатид закрепляется в терапии ожирения после взрывного роста продаж

Тирзепатид входит в клинические рекомендации на фоне взрывного роста рынка терапии ожирения

Клинические рекомендации догоняют рынок, который уже сформировался

В проект обновленных российских клинических рекомендаций по лечению ожирения у взрослых предполагается включить тирзепатид. Документ подготовлен Российской ассоциацией эндокринологов и опубликован для общественного обсуждения.

Одновременно разработчики предлагают повысить до максимального уровня убедительность рекомендации для семаглутида. Лираглутид получил аналогичный статус ранее. Таким образом, в рекомендациях постепенно формируется группа препаратов, воздействующих на гормональные механизмы регуляции аппетита и обмена веществ.

Само включение тирзепатида не означает появления нового показания или автоматической оплаты лечения государством. Препарат остается рецептурным, а доступность терапии определяется его регистрацией, ценой, системой возмещения расходов и конкретными правилами оказания медицинской помощи.

Но для врача клинические рекомендации имеют другое значение. Они формализуют место препарата в алгоритме лечения и дают профессиональную опору для выбора терапии. Поэтому их коммерческий эффект может проявляться не мгновенно, а постепенно — по мере того как лечение ожирения становится частью систематической медицинской помощи.

В случае тирзепатида последовательность оказалась особенно показательной: сначала возник огромный потребительский спрос, затем лекарство получает более устойчивое положение внутри медицинского стандарта.

Почему тирзепатид изменил представление о возможностях лекарственной терапии ожирения

Тирзепатид нельзя точно описывать просто как еще один «блокатор аппетита». Его механизм связан с имитацией действия двух гормональных сигналов кишечника — GIP и GLP-1, которые участвуют в регуляции обмена веществ, секреции инсулина, пищевого поведения и энергетического баланса.

Семаглутид и лираглутид действуют прежде всего через рецептор GLP-1. Тирзепатид одновременно активирует рецепторы GLP-1 и GIP. В результате меняются сигналы насыщения и потребление пищи, улучшается регуляция глюкозы, а снижение энергетического потребления приводит к уменьшению массы тела.

Именно величина этого эффекта сделала тирзепатид одним из наиболее заметных препаратов нового поколения.

В исследовании III фазы SURMOUNT-1 участвовали 2539 взрослых с ожирением или избыточной массой тела и связанными с ней осложнениями, но без сахарного диабета. Через 72 недели среднее снижение массы тела составило 15,0% при дозе тирзепатида 5 мг, 19,5% при 10 мг и 20,9% при 15 мг против 3,1% в группе плацебо.

Это не означает, что каждый пациент теряет пятую часть исходной массы тела. Речь идет о среднем результате участников клинического исследования при определенных дозах, условиях наблюдения и критериях отбора.

Еще важнее оказалось прямое сравнение двух ведущих препаратов. В исследовании IIIb SURMOUNT-5 тирзепатид сравнивали не с плацебо, а с семаглутидом у взрослых с ожирением без сахарного диабета. Через 72 недели тирзепатид превосходил семаглутид по снижению массы тела и окружности талии.

Тем самым конкуренция внутри категории изменилась: вопрос теперь состоит не только в том, работает ли фармакотерапия ожирения, но и в том, насколько различаются препараты по глубине эффекта, переносимости, доказательствам влияния на осложнения, удобству применения и стоимости длительного лечения.

Россия повторяет мировой переход от «похудения» к лечению хронической болезни

Изменение российских рекомендаций происходит не изолированно. В декабре 2025 года Всемирная организация здравоохранения выпустила первые глобальные рекомендации по применению препаратов GLP-1 для лечения ожирения у взрослых.

ВОЗ рассматривает ожирение как хроническое рецидивирующее заболевание и включает в обсуждаемую группу лираглутид, семаглутид и тирзепатид. Это принципиальное изменение медицинской оптики: фармакотерапия перестает восприниматься исключительно как временный инструмент для снижения веса.

При этом рекомендации ВОЗ условные. Организация прямо указывает на недостаток данных о некоторых аспектах очень длительного лечения, последствиях прекращения терапии, стоимости, готовности систем здравоохранения и справедливости доступа.

Эта осторожность важна. Эффективность современных препаратов не устраняет экономическую проблему, а в некотором смысле делает ее острее. Если ожирение требует длительной терапии, здравоохранение должно оплачивать не несколько месяцев лечения, а потенциально годы.

Именно поэтому главным вопросом следующего этапа становится уже не способность препарата снизить вес, а возможность систем здравоохранения обеспечить длительный доступ к терапии тем пациентам, которым она действительно нужна.

Отмена терапии показывает, почему рынок может оказаться долгосрочным

Одна из наиболее важных особенностей нового класса лекарств становится заметна после прекращения лечения.

В исследовании SURMOUNT-4 участники сначала получали тирзепатид в течение 36 недель и в среднем снизили массу тела на 20,9%. Затем часть пациентов продолжила терапию, а часть была переведена на плацебо.

За следующие 52 недели участники, прекратившие прием тирзепатида, восстановили в среднем 14,0% массы относительно веса на момент рандомизации. Продолжившие лечение, напротив, потеряли еще 5,5%.

Это не свидетельствует о «зависимости» от препарата. Для фармрынка следствие очевидно: категория препаратов против ожирения потенциально строится не на кратких курсах, а на длительной терапии. Для пациента тот же факт означает необходимость заранее обсуждать с врачом не только начало лечения, но и его продолжительность, переносимость, стоимость и стратегию поддержания результата.

Российские продажи тирзепатида выросли примерно в 27 раз за год

Особенно необычно выглядит скорость, с которой тирзепатид занял российский рынок.

По данным DSM Group, приведенным газетой «Ведомости», за январь–июль 2025 года через аптеки было реализовано около 137 тыс. упаковок тирзепатида. За тот же период 2026 года — уже около 3,7 млн упаковок. Рост составил примерно в 26 раз по числу упаковок, или 2611% по расчетам DSM.

В денежном выражении аптечные продажи за первые семь месяцев 2026 года достигли 33 млрд руб.

Для сравнения, продажи семаглутида выросли значительно спокойнее: с 3,04 млн до 5,25 млн упаковок с учетом розницы и государственных закупок, то есть на 73%. Продажи лираглутида, напротив, сократились примерно на 36% — с 37,91 тыс. до 24,13 тыс. упаковок.

Получается почти учебная картина смены поколений внутри одной терапевтической категории. Лираглутид теряет объем, семаглутид продолжает расти, а тирзепатид стремительно сокращает разрыв с ним.

Сравнивать абсолютное количество упаковок напрямую, однако, следует осторожно. Для семаглутида данные представлены в миллионах упаковок, для тирзепатида и лираглутида — в тысячах, а упаковка сама по себе не является универсальной единицей продолжительности терапии. Тем не менее направление изменения рынка очевидно.

По данным RNC Pharma, приведенным «Ведомостями», крупнейшей торговой маркой тирзепатида по денежному объему аптечных продаж за январь–июль 2026 года стала «Тирзетта» компании «Промомед» — 20,5 млрд руб. Продажи «Седжаро» компании «Герофарм» составили 10,2 млрд руб.

3,7 миллиона упаковок в аптеках — и меньше тысячи в госзакупках

Самая содержательная цифра российского рынка находится не в темпах роста, а в структуре продаж.

За январь–июль 2026 года российские аптеки реализовали около 3,7 млн упаковок тирзепатида. Государственные закупки за тот же период составили лишь 894 упаковки.

Это означает, что сегодняшний российский рынок тирзепатида практически полностью финансируется непосредственно потребителями.

Такой дисбаланс помогает понять, почему включение в клинические рекомендации важно, но само по себе не решает проблему доступа. Клиническое признание препарата отвечает на вопрос, какое место он может занимать в лечении. Оно не отвечает автоматически на другой вопрос — кто будет оплачивать длительную терапию.

По оценке директора по развитию RNC Pharma Николая Беспалова, значительная часть существующего спроса сформирована ориентированным непосредственно на потребителя продвижением и распространением информации между самими потребителями. По мере насыщения этого канала клинические рекомендации могут приобрести большее значение для дальнейшего роста назначений.

Иными словами, рынок может начать переходить от модели «пациент хочет препарат и ищет возможность его получить» к модели, в которой терапия все чаще начинается как результат медицинского решения.

Международный рынок уже конкурирует не только килограммами

Еще один глобальный сдвиг заключается в расширении критериев ценности этих препаратов.

Для семаглутида исследование SELECT с участием 17 604 человек с избыточной массой тела или ожирением и уже существовавшими сердечно-сосудистыми заболеваниями, но без сахарного диабета, показало снижение риска сердечно-сосудистой смерти, нефатального инфаркта или инсульта на 20% по сравнению с плацебо.

Тирзепатид также постепенно выходит за пределы собственно снижения массы тела. В США FDA в 2024 году одобрило его для лечения умеренного и тяжелого обструктивного апноэ сна у взрослых с ожирением. Продолжается крупное исследование SURMOUNT-MMO, предназначенное для оценки влияния тирзепатида на заболеваемость и смертность у людей с ожирением или избыточной массой тела без диабета.

Это меняет будущую конкурентную логику категории. Разница между препаратами будет определяться не только количеством потерянных килограммов. Все большее значение будут иметь доказательства предотвращения инфарктов и инсультов, влияния на апноэ сна и другие осложнения ожирения, долгосрочной безопасности и способности сохранять эффект.

Клинические рекомендации усиливают медицинский контроль, но не делают терапию простой

Для пациентов появление тирзепатида в рекомендациях расширяет признанный врачами выбор, однако не превращает препарат в универсальное средство для снижения веса.

Современные препараты этой группы обладают выраженной эффективностью, но требуют оценки показаний и противопоказаний, постепенного подбора дозы и наблюдения за переносимостью. Наиболее частыми нежелательными явлениями тирзепатида в клинических исследованиях были желудочно-кишечные нарушения, прежде всего тошнота, диарея, рвота и запор.

Не менее важен вопрос длительности лечения. Исследования отмены терапии показывают, что значительная часть потерянной массы может возвращаться. Поэтому решение о назначении препарата логичнее рассматривать как начало стратегии управления хроническим заболеванием, а не как короткий курс похудения.

Для врачей включение тирзепатида в рекомендации означает более формальное закрепление нового терапевтического инструмента. Одновременно повышается значение выбора пациента: степень ожирения, сопутствующие заболевания, ожидаемая польза, переносимость, возможность длительно получать препарат и вероятность сохранения лечения становятся частью одного решения.

Для системы здравоохранения возникает более сложная задача. Если четверть взрослого населения страны действительно живет с ожирением, потенциальная потребность в терапии несопоставима с возможностями оплачивать современные препараты каждому пациенту. Поэтому вслед за вопросом об эффективности неизбежно появляется вопрос приоритизации: кому лекарственная терапия дает наибольшую дополнительную пользу и в каких группах она наиболее экономически оправданна.

Именно такую проблему уже обозначила ВОЗ, призывая страны разрабатывать механизмы справедливого доступа и приоритетного лечения пациентов с наибольшей медицинской потребностью.