Регуляторная селекция против объемов: новые стандарты Минздрава РФ переписывают рынок инсулина
Минздрав РФ обновил стандарты лечения СД1. Как переход на CGM и аналоги инсулина изменит структуру госзакупок и конкуренцию в индустрии.
Госзакупки
Персональный спрос за орфанный дефицит: Росздравнадзор ужесточает надзор за поставками при муковисцидозе
Росздравнадзор усиливает контроль за поставками лекарств от муковисцидоза. Узнайте, как персональная ответственность меняет риски для фармбизнеса.
Инвестиции в безупречность: «Велфарм-М» и медицинские центры ФМБА возглавили рейтинг качества Правительства РФ
Велфарм-М и ГИЛС и НП стали лауреатами премии Правительства за качество. Как управленческая зрелость меняет фармрынок в 2026 году.
Эффект домино: как уголовное дело экс-главы Минздрава Пермского края перекраивает рынок госзакупок
Дело Оксаны Мелеховой: анализ коррупционных рисков в закупках лекарств Пермского края. Последствия для фармбизнеса и новые нормы комплаенса.
Платиновый щит: как локализация базовой онкологии меняет правила игры для фармбизнеса в РФ
Минпромторг РФ подтвердил локализацию платиновой онкологии. Анализ влияния на маржинальность, GMP-риски и конкуренцию в госзакупках.
Логистический тромб: почему госзакупки сорвали таргетную терапию для пациентов с муковисцидозом
Критический сбой в закупках «Трилексы» для пациентов с муковисцидозом. Почему экономия на дженериках ведет к росту госрасходов на лечение.
Триумф «Форсиги»: Как AstraZeneca переформатировала рынок госзакупок через клиническую эффективность
Узнайте, как AstraZeneca и препарат Форсига изменили модель госзакупок, сделав ставку на клиническую эффективность и экономию бюджета ОМС.
Триумф госконтракта: как «Р-Фарм» переформатирует архитектуру фармрынка
«Р-Фарм» стал лидером госсегмента 2025. Анализ трансформации фармрынка: почему госконтракты определяют стратегию и вытесняют средних игроков.