Депрессия в пожилом возрасте иногда может начинаться раньше проблем с памятью

Новое исследование показало: накопление тау-белка предшествовало усилению депрессивных симптомов у людей без когнитивных нарушений

Депрессию в пожилом возрасте легко объяснить обстоятельствами жизни. Потерей близких, одиночеством, хроническими заболеваниями, снижением физической активности, нарушениями сна, приемом лекарств или социальными изменениями.

Все это действительно может играть роль.

Но ученые давно пытаются понять, существует ли еще одна связь: может ли изменение настроения иногда быть не только реакцией человека на жизнь и болезнь, но и ранним отражением процессов, происходящих непосредственно в мозге?

Новое исследование, опубликованное в Journal of Neuroscience, приблизило ответ на этот вопрос.

Ученых интересовала не просто связь между депрессией и болезнью Альцгеймера

Связь между депрессивными симптомами и деменцией наблюдали и раньше. Главная проблема заключается в том, как ее интерпретировать.

Возможны по крайней мере два направления.

Депрессия или связанные с ней изменения сна, активности, воспалительных процессов и образа жизни теоретически могут повышать вероятность последующего когнитивного снижения.

Но возможна и обратная последовательность: нейродегенеративный процесс уже начинается в мозге, хотя память человека еще работает нормально, и одним из первых его проявлений становятся изменения настроения.

Чтобы различить эти сценарии, недостаточно один раз измерить уровень депрессивных симптомов и посмотреть на состояние мозга.

Нужно наблюдать за обоими процессами во времени.

Именно это сделали исследователи.

Что такое тау и почему за ним следили

Тау — нормальный белок нервных клеток. Одна из его функций связана со стабилизацией микротрубочек — элементов внутреннего «каркаса» нейрона, участвующих в поддержании его структуры и внутриклеточном транспорте.

Проблема возникает, когда тау изменяется и начинает патологически накапливаться.

При болезни Альцгеймера образуются характерные скопления тау внутри нервных клеток. Наряду с отложениями бета-амилоида они относятся к главным биологическим признакам заболевания.

Причем этот процесс может начинаться задолго до момента, когда человек или его родственники замечают проблемы с памятью.

Поэтому исследователей интересовал очень конкретный вопрос: что происходит раньше — накопление тау или усиление депрессивных симптомов?

За мозгом и настроением наблюдали одновременно

Авторы использовали данные Alzheimer’s Disease Neuroimaging Initiative — крупного многолетнего проекта, в котором участники неоднократно проходят обследования, позволяющие наблюдать за изменениями мозга с течением времени.

Для оценки тау применялась позитронно-эмиссионная томография, или ПЭТ, с радиофармпрепаратом [18F]флортауципиром. Он позволяет визуализировать распределение патологического тау в мозге.

Параллельно участники заполняли Geriatric Depression Scale — шкалу, предназначенную для оценки депрессивных симптомов у пожилых людей.

Важно понимать одну деталь: участники исходно не имели клинической депрессии.

То есть исследователи изучали не развитие тяжелого депрессивного расстройства, а сравнительно небольшие изменения выраженности симптомов с течением времени.

Участников разделили на две основные группы: людей с нормальными когнитивными функциями и людей, уже имевших легкие когнитивные нарушения или деменцию при болезни Альцгеймера.

И результаты этих групп оказались принципиально разными.

Тау появлялся раньше изменений настроения

У когнитивно здоровых пожилых людей более быстрое накопление тау было связано с более быстрым увеличением количества депрессивных симптомов.

Но исследователи пошли дальше простой корреляции.

Они использовали несколько статистических подходов, чтобы определить временную последовательность изменений.

Результат оказался наиболее интересной частью работы: более высокий уровень тау предсказывал более высокие показатели депрессивных симптомов при последующих обследованиях.

При этом изменение показателей депрессии не давало сопоставимого предсказания последующего накопления тау.

Кроме того, чем дольше человек находился в состоянии тау-позитивности — то есть когда уровень патологического тау уже превышал установленный порог, — тем быстрее со временем увеличивались показатели депрессивных симптомов.

Именно последовательность событий позволяет авторам предположить направление связи: раннее накопление тау может предшествовать изменениям настроения.

Это значительно интереснее обычного наблюдения «при болезни Альцгеймера чаще встречается депрессия».

Вот где меняется привычное представление о ранней болезни Альцгеймера

Мы привыкли думать о болезни Альцгеймера прежде всего как о заболевании памяти.

Человек начинает забывать недавние события, повторяет вопросы, теряется в знакомых обстоятельствах — и тогда возникает подозрение на заболевание.

Но биологически болезнь начинается не в момент появления забывчивости.

Изменения, связанные с амилоидом и тау, могут развиваться в мозге за годы до клинически заметной деменции.

Новое исследование добавляет к этой картине еще один возможный слой.

Некоторые ранние изменения могут проявляться не там, где человек ожидает их увидеть.

Не обязательно в памяти.

Иногда — в эмоциональной сфере.

Проще говоря, мозг может уже меняться, когда стандартное когнитивное тестирование еще не показывает нарушения.

И именно поэтому динамика настроения представляет научный интерес.

Но депрессия не стала «ранним тестом на Альцгеймер»

Это принципиальное ограничение исследования.

Депрессия чрезвычайно неоднородна по своим причинам. Она может быть связана с жизненными событиями, хроническими заболеваниями, нарушениями сна, болью, социальной изоляцией, лекарствами и множеством других факторов.

У подавляющего большинства людей появление депрессивных симптомов само по себе не позволяет сделать вывод о наличии патологического тау или будущей болезни Альцгеймера.

Исследование не предлагает использовать депрессию для постановки диагноза.

Более того, речь шла преимущественно о небольших изменениях показателей шкалы депрессии у людей, которые исходно не имели клинической депрессии.

Поэтому вывод «депрессия означает начинающуюся болезнь Альцгеймера» был бы серьезным искажением результатов.

Корректнее сказать иначе: изменение депрессивных симптомов в пожилом возрасте может содержать дополнительную информацию о состоянии мозга и в будущем потенциально дополнять другие методы оценки риска.

Почему связь исчезла, когда когнитивные нарушения уже появились

Есть еще одна необычная деталь.

У участников с легкими когнитивными нарушениями или деменцией исследователи не обнаружили той же последовательной связи между тау и депрессивными симптомами.

На первый взгляд это кажется парадоксальным. Если тау связан с болезнью Альцгеймера, почему зависимость заметнее именно у людей без когнитивных нарушений?

Одна из возможных причин заключается в сложности более поздних стадий заболевания.

Когда когнитивные проблемы уже появились, на настроение одновременно начинают воздействовать множество факторов: дальнейшее распространение нейродегенерации, другие изменения мозга, сопутствующие заболевания, лекарства, снижение самостоятельности и психологическая реакция человека на ухудшение здоровья.

На таком фоне отдельный вклад тау становится гораздо сложнее выделить статистически.

Поэтому авторы обращают особое внимание именно на раннее окно заболевания — период, когда когнитивно человек еще выглядит здоровым.

Один снимок мозга и многолетняя траектория — не одно и то же

Работа подчеркивает еще одну важную идею современной медицины: иногда направление изменения информативнее единичного результата.

Немного сниженное настроение в конкретный день практически ничего не говорит о риске нейродегенерации.

Гораздо интереснее вопрос, меняется ли состояние человека последовательно в течение нескольких лет и совпадает ли эта траектория с изменениями других биомаркеров.

Именно поэтому авторы говорят не о диагностике болезни Альцгеймера по депрессии, а о потенциальной ценности наблюдения за динамикой депрессивных симптомов в сочетании с другими показателями.

В будущем это могут быть когнитивные тесты, ПЭТ-визуализация, анализ спинномозговой жидкости и все более доступные анализы крови на биомаркеры болезни Альцгеймера.

Настроение в такой системе может оказаться не самостоятельным тестом, а еще одним фрагментом общей картины.

Исследование пока не доказывает, что тау вызывает депрессию

Даже продольное наблюдение не превращает статистическую связь в окончательно установленный биологический механизм.

Авторы использовали три дополняющих друг друга аналитических подхода и получили временную последовательность, соответствующую гипотезе о том, что накопление тау способствует последующим изменениям настроения.

Но это все еще наблюдательное исследование людей.

Нельзя исключить другие процессы, одновременно влияющие и на накопление тау, и на эмоциональное состояние.

Не установлено также, сколько людей с подобной траекторией впоследствии действительно разовьют клиническую болезнь Альцгеймера.

И пока неизвестно, насколько наблюдение за депрессивными симптомами улучшит прогноз по сравнению с уже существующими биомаркерами.

Именно эти вопросы потребуют более длительного наблюдения.

Что делать, если депрессия появилась в пожилом возрасте

Главный практический вывод здесь не в том, чтобы искать болезнь Альцгеймера у каждого человека с ухудшением настроения.

Новая или усиливающаяся депрессия в пожилом возрасте сама по себе заслуживает внимания независимо от риска деменции.

Если изменения настроения сохраняются, усиливаются или начинают влиять на сон, аппетит, повседневную активность, интерес к жизни и социальное взаимодействие, их стоит обсудить с врачом.

Особенно важно обратиться за медицинской оценкой, если одновременно появляются изменения памяти, ориентации, речи, способности справляться с привычными задачами или заметные близким изменения поведения.

Но новое исследование предлагает смотреть на настроение шире.

Эмоциональные изменения и когнитивные изменения не обязательно существуют в двух независимых системах. Иногда они могут отражать разные проявления процессов, происходящих в одном и том же стареющем мозге.