Сердце живёт не только по суткам: у 70% людей нашли ритмы длиной в недели и месяцы

Данные умных часов показали, что частота сердечных сокращений может следовать собственным многодневным циклам

Умные часы иногда показывают странную картину. Частота сердечных сокращений в покое несколько дней постепенно повышается, затем снижается — хотя человек не заболел, не начал тренироваться интенсивнее и вроде бы ничего не изменил.

Обычно такие колебания списывают на сон, стресс, физическую нагрузку, погрешность устройства или просто случайный шум.

Новое исследование предлагает ещё одну возможность: часть этих изменений может быть проявлением более длинных биологических ритмов, о существовании которых мы пока знаем гораздо меньше, чем о привычных суточных часах организма.

Биологические часы не заканчиваются через 24 часа

Самый известный биологический ритм человека — циркадный, то есть близкий к 24 часам.

Он помогает организму согласовывать сон и бодрствование, температуру тела, секрецию гормонов, обмен веществ и множество других процессов с чередованием дня и ночи.

Но существуют и более медленные колебания. Ритмы продолжительностью больше суток называют инфрадианными.

Именно их решили искать исследователи из University of Melbourne и их коллеги.

Работа была опубликована 21 августа 2026 года в журнале eBioMedicine.

Исследователи использовали данные проекта NetHealth американского University of Notre Dame: носимые устройства и анкеты 623 молодых взрослых, наблюдение за которыми у некоторых продолжалось до четырёх лет.

Для основного анализа отобрали 525 участников, у которых имелось как минимум три месяца достаточно непрерывных данных о частоте сердечных сокращений.

Это принципиально важно. Если наблюдать человека несколько дней или недель, длинный физиологический цикл легко принять за случайное колебание. Многомесячные и многолетние записи позволяют увидеть структуру, которая на коротком отрезке практически незаметна.

Как найти ритм, который постоянно меняется

Авторы использовали метод, называемый вейвлет-анализом.

Проще говоря, обычный анализ периодичности хорошо работает, когда цикл стабилен: например, нечто повторяется примерно каждые семь дней на протяжении всего наблюдения.

Живая физиология устроена сложнее. Период может становиться сильнее, слабее, немного смещаться или временно исчезать.

Вейвлет-анализ позволяет искать такие изменяющиеся во времени периодические структуры.

И результат оказался неожиданно масштабным.

Статистически значимые инфрадианные ритмы частоты сердечных сокращений обнаружили у 369 из 525 участников — примерно у 70%.

Более того, у 187 человек, или 36%, одновременно присутствовало два и более таких ритма.

То есть речь идёт не обязательно об одних «внутренних часах». Физиология одного человека может одновременно колебаться на нескольких временных масштабах.

У сердца обнаружились недельные, месячные и более длинные циклы

Особенно часто исследователи наблюдали годовые, полугодовые и примерно 10-недельные колебания.

Но авторов интересовали и более короткие периоды — от 4 до 45 дней.

Когда исследователи сравнили структуру этих колебаний между людьми, появились три характерных типа.

У одних доминировал ритм примерно в семь дней.

У других — приблизительно 25–35 дней.

У третьих преобладали более длинные циклы продолжительностью свыше 35 дней.

Авторы назвали эти группы многодневными хронотипами.

Это понятие пока не стоит воспринимать как аналог привычных «сов» и «жаворонков». Исследование не создаёт новую медицинскую классификацию людей и не предлагает определять по хронотипу образ жизни.

Но сама идея интересна: индивидуальная временная организация физиологии может существовать не только в масштабе суток.

Неделя существует в календаре. Но существует ли она внутри организма?

Здесь возникает очевидная проблема.

Семидневный ритм легко получить не из биологии, а из нашего расписания.

Пять рабочих или учебных дней, выходные, изменение сна, тренировок, питания, общения и стресса способны создать периодические колебания частоты сердечных сокращений.

Годовой ритм тоже может отражать окружающую среду: температуру, продолжительность светового дня, сезонную физическую активность и множество других факторов.

Поэтому исследователи отдельно сравнивали сердечные циклы с днём недели, сезоном и лунным циклом.

День недели и сезон действительно были связаны с изменениями частоты сердечных сокращений.

Но полностью объяснить обнаруженную периодичность этими внешними факторами не удалось.

После статистического удаления влияния дня недели, сезона и лунного цикла значимые инфрадианные ритмы всё ещё сохранялись у 64% участников.

Именно здесь происходит ключевой поворот исследования.

Месячный ритм оказался не только женским

Для проверки роли гормонального цикла авторы использовали дополнительную, меньшую выборку, где одновременно были доступны данные о частоте сердечных сокращений и менструациях.

Связь действительно обнаружилась.

У большинства менструирующих женщин, имевших выраженный месячный сердечный ритм, его фаза была синхронизирована с менструальным циклом.

Это физиологически правдоподобно: гормональные изменения на протяжении цикла способны влиять на автономную нервную систему, а через неё — на работу сердца.

Но дальше обнаружилось самое интересное.

Месячные колебания частоты сердечных сокращений встречались также у мужчин и у женщин после менопаузы.

Следовательно, менструальный цикл может быть одним из механизмов месячной периодичности — но не универсальным объяснением самого феномена.

Какие ещё механизмы создают подобные циклы, исследование пока не устанавливает.

Возможно, организм одновременно живёт в нескольких временах

Именно это, пожалуй, главный интеллектуальный результат работы.

Популярное представление о хронобиологии почти полностью построено вокруг суток: утренний свет, вечерний мелатонин, время сна, еды и тренировок.

Но организм может быть системой из множества наложенных друг на друга колебаний.

Одни процессы меняются в течение часов.

Другие — суток.

Третьи — недель.

Четвёртые — месяцев и сезонов.

Частота сердечных сокращений особенно интересна потому, что она связана с работой автономной нервной системы — механизмами, которые непрерывно регулируют сердце в зависимости от активности, сна, температуры, эмоционального состояния и других внутренних и внешних сигналов.

Поэтому обнаруженные циклы могут оказаться своеобразным отражением более медленных изменений физиологического состояния организма.

Но это пока гипотеза, а не доказанный механизм.

Почему владельцам Garmin и Apple Watch знакома эта картина

Носимые устройства сделали физиологию необычно видимой.

Раньше большинство людей узнавали частоту пульса несколько раз в год — например, на приёме у врача. Теперь часы могут измерять её ежедневно на протяжении нескольких лет.

И вместе с этим появилась новая проблема интерпретации.

Человек видит, что его пульс в покое несколько дней повышается с привычного уровня, и пытается найти причину.

Плохо спал?

Перетренировался?

Начинается инфекция?

Слишком много кофе?

Стресс?

Все эти объяснения действительно возможны.

Но новое исследование показывает, что существует ещё один слой вариабельности: часть долгосрочных изменений потенциально может быть связана с собственной периодической организацией физиологии.

Это не означает, что любое недельное повышение пульса следует объявлять «инфрадианным ритмом». Потребительские часы сами по себе не способны поставить такой диагноз, а единичный фрагмент графика ничего не доказывает.

Однако привычная идея о том, что каждый день нужно сравнивать только со вчерашним, может оказаться слишком простой.

Это пока не календарь хороших и плохих дней

Здесь особенно важно не сделать из исследования вывод, которого в нём нет.

Авторы не показали, что обнаруженные циклы вызывают болезни.

Они не доказали, что определённая фаза многодневного ритма опасна.

И работа не позволяет посмотреть на график пульса в часах и предсказать: «через три дня лучше не тренироваться» или «на следующей неделе возрастёт риск сердечного события».

Исследование было ретроспективным и наблюдательным. Основная выборка состояла преимущественно из молодых взрослых, поэтому неизвестно, насколько точно та же структура ритмов воспроизводится у детей, людей среднего и пожилого возраста или пациентов с хроническими заболеваниями.

Наконец, обнаружить статистическую периодичность — не то же самое, что понять её биологическую причину.

Именно механизм остаётся одним из главных открытых вопросов.

Следующий шаг — понять, предсказывают ли эти циклы что-нибудь важное

Если многодневные ритмы действительно являются устойчивой частью физиологии, появляется гораздо более интересный вопрос: меняется ли вместе с ними вероятность определённых состояний?

Например, могут ли отдельные фазы отражать изменение автономной нагрузки, переносимости физической нагрузки или выраженности симптомов заболевания?

Авторы рассматривают подобные возможности как направление дальнейших исследований, а не как установленный клинический факт.

Для проверки потребуются более разнообразные выборки, исследования людей разных возрастов и пациентов с заболеваниями, а также понимание того, насколько индивидуальные ритмы устойчивы во времени.

Только после этого можно будет говорить о практическом использовании подобных данных.

Но носимые устройства уже сделали возможным то, что ещё недавно было чрезвычайно трудно организовать: непрерывно наблюдать физиологию тысяч людей не несколько дней, а месяцы и годы.

И возможно, именно длинные временные ряды покажут, что некоторые изменения организма, которые сегодня выглядят случайными, на самом деле являются частью гораздо более медленного ритма.