700 полицейских окружили индийскую деревню ради принудительной стерилизации

История Уттавара показывает, как государственная программа здравоохранения может превратиться в инструмент принуждения и разрушить доверие к медицине на десятилетия

Утро, когда деревню окружила полиция

Ранним утром 6 ноября 1976 года жители Уттавара услышали через громкоговорители приказ мужчинам собраться возле автобусной остановки.

Деревню уже окружили полицейские подразделения, вооружённые винтовками и оснащённые средствами для применения слезоточивого газа. По свидетельствам очевидцев, полицейские обыскивали дома, разыскивая тех, кто не явился на сборный пункт.

Уттавар находился в округе Гургаон индийского штата Харьяна. В деревне проживало около 8000 человек, преимущественно представителей мусульманской общины мео.

Из собравшихся жителей примерно 550 человек погрузили в грузовики и доставили в полицейский участок Хатин. Формальным основанием для операции служили подозрения в незаконном хранении оружия и нарушении общественного порядка.

Но у властей была и другая цель.

Деревня сопротивлялась государственной программе стерилизации. Её жители отказывались участвовать в хирургических вмешательствах, которые чиновники представляли как необходимую меру ограничения рождаемости.

Позднее комиссия Шаха, расследовавшая злоупотребления периода чрезвычайного положения в Индии, установила, что полицейская операция была заранее спланирована для преодоления этого сопротивления.

При обысках полиция обнаружила палки, копья и сельскохозяйственные инструменты. Огнестрельного оружия, ради поиска которого официально проводилась операция, найдено не было.

Сначала отключили электричество

Полицейское окружение стало кульминацией давления, начавшегося несколькими неделями ранее.

12 октября 1976 года группе деревень, включая Уттавар, отключили электричество. Сотрудник энергетической компании впоследствии показал комиссии, что получил соответствующее распоряжение от руководителя окружной администрации.

Причиной называлось нежелание жителей сотрудничать с государственной программой планирования семьи.

Подачу электроэнергии впоследствии восстановили, но 5 ноября, за день до полицейской операции, её снова отключили.

Комиссия изучила служебные записи энергетиков. Согласно этим документам, потребление электроэнергии отсутствовало с 12 по 29 октября и повторно с 5 по 13 ноября.

Таким образом, отключение электричества не было случайным последствием технических неполадок. Оно использовалось как средство административного давления.

Параллельно против некоторых жителей возбуждались дела о незаконном хранении оружия. В полицейских документах сопротивление стерилизации связывалось с предполагаемой подрывной деятельностью.

Обычная медицинская программа постепенно превращалась в вопрос государственной безопасности.

Почему власти требовали стерилизации

В июне 1975 года премьер-министр Индии Индира Ганди ввела чрезвычайное положение. В стране ограничили гражданские свободы, усилили контроль над прессой и расширили полномочия исполнительной власти.

Одним из приоритетов правительства стало сокращение темпов роста населения.

Индия испытывала серьёзные социально-экономические трудности, а высокая рождаемость рассматривалась руководством страны как препятствие для развития.

Сама идея добровольного планирования семьи не была новой. Индия создала национальную программу в этой области ещё в 1952 году.

Однако в период чрезвычайного положения методы её реализации резко изменились.

Власти устанавливались количественные задания на проведение стерилизаций. Региональные администрации стремились выполнить и перевыполнить показатели, а давление распространялось на государственных служащих и медицинский персонал.

В штате Харьяна программа проводилась особенно настойчиво.

30 июля 1976 года на совещании руководителей медицинских служб штата обсуждалось слабое участие населения региона Меват в планировании семьи. Чиновники решили искать более эффективные способы привлечения местных жителей.

Уттавар, ставший центром сопротивления программе, превратился в показательную цель.

Преодоление сопротивления одной деревни должно было облегчить выполнение планов во всём районе.

Врач отказался оперировать 70-летнего мужчину. Чиновники заставили его изменить решение

Самые важные подробности произошедшего сохранились благодаря показаниям врачей и пациентов.

70-летний житель деревни по имени Чахат рассказал комиссии, что после полицейской операции его принудительно доставили в медицинский центр Мандкола.

Врач первоначально отказался проводить стерилизацию из-за возраста пациента.

Но представители полиции и гражданской администрации настояли на операции.

Врач уступил.

Другой пострадавший, 25-летний Абдул Рехман по прозвищу Лала, имел только одного ребёнка — дочь. Он просил не стерилизовать его, поскольку хотел иметь ещё детей.

7 ноября его доставили в тот же медицинский центр.

По показаниям молодого мужчины, врач сначала также отказался проводить вмешательство. Однако после давления со стороны полицейских операция всё-таки состоялась.

Эти свидетельства подтвердил врач медицинского центра Мандкола С. К. Калра. Он сообщил комиссии, что 7 ноября людей массово привозили на стерилизацию в полицейских грузовиках и что ему пришлось проводить операции под давлением чиновников.

Медицинские документы двух центров — Нух и Мандкола — зафиксировали 180 стерилизаций жителей Уттавара в период с 6 по 9 ноября 1976 года.

Это важное хронологическое уточнение: 6 ноября началась полицейская операция, но все 180 хирургических вмешательств не были проведены в один день.

Как принуждение превращалось в медицинскую статистику

Один из наиболее показательных документов расследования — служебная радиограмма, отправленная руководством полиции после рейда.

В ней сообщалось, что около 550 мужчин были задержаны для допроса, после чего подходящих кандидатов отобрали и «мотивировали» к вазэктомии.

Слово «мотивировали» заслуживает особого внимания.

В бюрократическом отчёте оно обозначало выполнение государственной программы. В свидетельствах пациентов и врачей за тем же процессом стояли вооружённая полиция, задержания и невозможность отказаться от операции.

Вазэктомия — хирургический метод мужской стерилизации, при котором пересекают или блокируют семявыносящие протоки. Он препятствует попаданию сперматозоидов в эякулят и предназначен для постоянного предотвращения зачатия.

Операция сама по себе не является кастрацией и обычно не нарушает выработку тестостерона. При добровольном выборе она остаётся признанным методом контрацепции.

Но медицинская безопасность процедуры и согласие человека на её проведение — два разных вопроса.

Даже технически безупречная операция становится нарушением прав пациента, если её выполняют против его воли.

Комиссия Шаха установила и ещё одну важную деталь: гражданские чиновники могли влиять на служебную оценку врачей. Медики зависели от администрации, заинтересованной в выполнении плановых показателей.

Получалась система, в которой отказ врача выполнять необоснованное вмешательство мог вступить в противоречие с его служебными интересами.

Более восьми миллионов операций за один год

Масштабы кампании выходили далеко за пределы Уттавара.

В августе 2025 года Министерство внутренних дел Индии представило парламенту историческую статистику, основанную на материалах комиссии Шаха.

В 1975-1976 финансовом году в стране было зарегистрировано 2 624 755 стерилизаций.

В 1976-1977 году — уже 8 132 209.

Таким образом, за один финансовый год количество операций увеличилось более чем втрое.

Это суммарные показатели хирургической стерилизации, а не число документально установленных случаев принуждения. Доступная официальная статистика не позволяет считать каждое из этих вмешательств насильственным.

Однако комиссия получила многочисленные свидетельства злоупотреблений. В частности, были зарегистрированы 548 жалоб, связанных со стерилизацией людей, не состоявших в браке, и сообщения о 1774 смертях, связанных с проведением операций.

Эти данные показывают, насколько далеко могло зайти стремление обеспечить выполнение демографических показателей.

В марте 1977 года чрезвычайное положение завершилось. На парламентских выборах правящая партия Индиры Ганди потерпела поражение, а принудительная стерилизация стала одним из наиболее болезненных символов злоупотребления государственной властью.

28 мая 1977 года была учреждена комиссия под председательством бывшего главного судьи Верховного суда Индии Джаяантилала Шаха.

Её расследование сохранило подробности событий, которые иначе могли остаться лишь воспоминаниями жителей небольших деревень.

Последствия, которые не закончились после отмены чрезвычайного положения

Принудительная стерилизация оставляла не только медицинские последствия.

В июне 2025 года журналисты Al Jazeera вернулись в Уттавар и поговорили с людьми, пережившими события 1976 года.

Один из пострадавших, Мохаммад Дину, рассказал о задержании и пережитой операции. В момент происходившего его жена была беременна.

По воспоминаниям жителей, после полицейских рейдов деревня надолго оказалась под общественным клеймом. Мужчины сталкивались с трудностями при заключении браков, причём подозрения в стерилизации распространялись даже на тех, кто операции не подвергался.

Это свидетельства очевидцев, а не результат систематического медицинского исследования. Однако они показывают социальную сторону произошедшего: вмешательство в репродуктивную функцию могло изменить не только судьбу отдельного пациента, но и отношения внутри целого сообщества.

Последствия подобных кампаний исследуют и современные учёные.

В 2023 году Шарлотта Пельра и Андреа Ренк опубликовали в журнале World Development исследование «When sterilizations lower immunizations: The Emergency experience in India (1975-77)».

Авторы обнаружили, что в индийских районах, где во время чрезвычайного положения интенсивность стерилизации выросла сильнее, последующее использование ряда государственных медицинских услуг было ниже, особенно в отношении вакцинации детей.

Применённый статистический подход позволил исследователям оценить возможную причинную связь. Дополнительные результаты согласовывались с объяснением через снижение доверия населения к государственному здравоохранению.

Это не означает, что каждое невыполненное прививание можно объяснить событиями 1976 года. Однако исследование показывает, что последствия принуждения могут выходить далеко за пределы первоначальной медицинской процедуры.

Почему эта история важна сегодня

В 2014 году Всемирная организация здравоохранения (WHO) совместно с другими учреждениями ООН опубликовала международное заявление о необходимости устранения принудительной и недобровольной стерилизации.

Документ закрепляет принцип: стерилизация допустима только при полном, свободном и информированном согласии человека.

Информированное согласие означает не просто подпись пациента под документом. Человек должен понимать характер процедуры, её последствия, доступные альтернативы и иметь реальную возможность отказаться без угроз и наказания.

Для хирургической стерилизации это особенно важно, поскольку метод предназначен для постоянного ограничения репродуктивной способности.

История Уттавара показывает, почему одних медицинских стандартов недостаточно.

Врач может знать, как правильно провести операцию, но оказаться в системе, где выполнение административных требований ценится выше клинической обоснованности и самостоятельного решения пациента.

Поэтому современная медицинская этика требует не только профессиональных знаний, но и институциональных механизмов защиты: независимости клинического решения, контроля за соблюдением прав пациентов и возможности сообщать о принуждении без страха наказания.

Для руководителей здравоохранения и фармацевтической индустрии здесь существует отдельный профессиональный урок.

Количественные показатели необходимы для управления медицинскими программами. Они помогают оценивать охват населения профилактикой, доступность услуг и эффективность расходов.

Но показатель становится опасным, когда превращается в самоцель, а право пациента отказаться воспринимается как препятствие для выполнения плана.

Это не означает, что современные программы вакцинации, скрининга или контрацепции сопоставимы с действиями индийских властей в 1976 году. Речь о другом: любая система оценки результатов должна сохранять приоритет медицинской обоснованности, добровольного выбора и безопасности пациента.