Китайская фармацевтика уперлась в цену инноваций

Китай научился создавать новые лекарства — теперь ему нужно научиться за них платить

Китай уже конкурирует не стоимостью производства, а качеством разработок

Главный сдвиг последних лет состоит в том, что Китай перестал быть для мировой фармацевтики прежде всего местом производства и проведения сравнительно недорогих клинических исследований.

В 2026 году авторы Nature Reviews Drug Discovery оценили китайский портфель фармацевтических разработок примерно в 30% мирового — второе место после США. Ещё показательнее международный спрос на китайские молекулы. Анализ сделок 2024 года показал, что крупные фармацевтические компании получили из Китая около 31% лицензированных ими инновационных кандидатов.

Это уже не периферийный источник разработок. Китайские биотехнологические компании становятся частью глобальной системы поиска новых лекарств.

Особенно хорошо изменение видно по лицензионным соглашениям. По данным анализа Biopharma Dealmakers, совокупная объявленная стоимость сделок с активами китайского происхождения выросла примерно с $5 млрд в 2020 году до более чем $50 млрд в 2024-м. В 2025 году одной из крупнейших сделок стала договорённость GSK с Jiangsu Hengrui Pharmaceuticals: британская компания получила права на один препарат и опционы ещё на 11 программ, а потенциальная стоимость соглашения достигла $12,5 млрд.

Но здесь возникает парадокс. Китай всё успешнее создаёт лекарства, которые интересуют крупнейшие фармацевтические компании мира, однако собственный внутренний рынок пока не всегда способен оплачивать эти разработки на уровне, необходимом для широкого доступа пациентов и высокой коммерческой отдачи разработчиков.

Почти всеобщее страхование не означает доступ ко всем лекарствам

Базовая система медицинского страхования Китая охватывает около 95% населения. Для страны с населением около 1,4 млрд человек это огромная система перераспределения медицинских расходов.

Однако принцип её работы — не оплата любой появившейся терапии, а обеспечение широкого населения медицинской помощью при ограниченном бюджете.

Для лекарств одним из важнейших механизмов доступа является национальный перечень возмещаемых препаратов. Попадание в него способно резко увеличить число пациентов, которым доступна терапия, но обычно требует от производителя согласиться на существенное снижение цены.

Эта модель долго работала как своеобразный обмен: компания уступает в цене, государственная система открывает ей огромный рынок.

По мере появления всё более дорогих онкологических препаратов, клеточной и генной терапии, лекарств для редких заболеваний и других сложных технологий компромисс становится труднее.

Даже когда лечение покрывается базовым страхованием, значительная часть расходов может оставаться на пациенте. По данным, приведённым Bloomberg, пациентам приходится самостоятельно оплачивать около 30% медицинского счёта.

Для дорогостоящей терапии процент превращается в очень конкретную сумму.

Особенно заметен эффект для препаратов, не попавших в государственный перечень возмещения. Bloomberg приводит пример пембролизумаба (pembrolizumab), продаваемого MSD под торговым названием «Китруда». Препарат стал одним из ключевых средств современной иммуноонкологии и применяется при множестве злокачественных опухолей, однако его доля китайского рынка, по данным Bloomberg, составляет менее 15%, поскольку он не входит в национальный перечень возмещаемых лекарств.

Получается важное различие: регистрация препарата разрешает его применение, но именно механизм оплаты во многом определяет, сколько пациентов действительно смогут его получить.

Пекин создаёт отдельный путь для слишком дорогих инноваций

В 2025 году Китай сделал принципиально важный шаг: Национальное управление медицинского обеспечения создало первый перечень инновационных лекарств для коммерческого медицинского страхования.

Его логика отличается от обычного государственного перечня.

В базовое страхование должны попадать препараты, стоимость которых государственная система способна финансировать для очень большого числа людей. Новый перечень предназначен прежде всего для инновационных препаратов с высокой клинической ценностью, которые выходят за финансовые границы базового страхования.

Первая версия перечня включила 19 препаратов. Среди них оказались дорогостоящие противоопухолевые средства, включая CAR-T-терапию, препараты для редких заболеваний и лекарства против болезни Альцгеймера.

CAR-T особенно хорошо показывает экономическую проблему. При такой терапии собственные Т-лимфоциты пациента — клетки иммунной системы — генетически модифицируют, чтобы они распознавали опухоль. Это не просто лекарственный флакон, произведённый огромной серией: терапия включает сложное индивидуализированное производство и поэтому может стоить значительно дороже обычных препаратов.

Государство фактически начало формировать двухуровневую систему лекарственного финансирования.

Первый уровень — базовое страхование с широким охватом населения и жёсткими требованиями к стоимости.

Второй — коммерческое страхование для части дорогостоящих инноваций, которые невозможно или трудно финансировать из базового фонда.

Важно, что включение препарата в коммерческий перечень само по себе не означает его оплату государством. Национальное управление медицинского обеспечения прямо указывает: базовый страховой фонд такие препараты не возмещает. Перечень служит ориентиром для коммерческих страховщиков, обществ взаимопомощи и других дополнительных механизмов финансирования.

В 2026 году эксперимент уже расширяется

Первый перечень оказался не разовой инициативой.

В рамках пересмотра 2026 года компании подали 62 заявки на включение препаратов в коммерческий перечень инновационных лекарств. После формальной проверки её прошли 58 препаратов. Это ещё не означает окончательного включения: далее следуют экспертная оценка и ценовые переговоры.

Сам масштаб интереса важен сам по себе.

Производители начинают рассматривать коммерческое страхование как отдельный маршрут доступа к китайскому рынку, а государство постепенно институционализирует модель, при которой инновационная терапия не обязана выбирать только между двумя крайностями — государственным возмещением после глубокого снижения цены и практически полной оплатой пациентом.

Есть и другие важные детали. Для препаратов коммерческого перечня Китай предусмотрел более благоприятные условия применения в медицинских учреждениях. Их использование может выводиться за некоторые ограничения системы оплаты стационаров по заболеваниям, а региональным властям рекомендовано облегчать их присутствие в больницах и аптеках.

Иными словами, Пекин пытается построить не просто список лекарств, а инфраструктуру отдельного канала финансирования инноваций.

Главная проблема коммерческого страхования — не список лекарств, а цена риска

Создать перечень значительно проще, чем создать устойчивый страховой рынок.

Страховая компания должна заранее оценить вероятность того, что её клиенту потребуется дорогостоящее лечение, и предполагаемую стоимость такого лечения. На основании этих расчётов определяется страховая премия.

Для давно существующих заболеваний и медицинских услуг страховщик располагает большими массивами статистики. С совершенно новыми препаратами ситуация сложнее.

Сколько пациентов реально получат конкретную CAR-T-терапию? Как быстро врачи начнут назначать новый противоопухолевый препарат? Насколько расширится его применение после появления новых показаний? Как изменится стоимость лечения через несколько лет?

Для ответа нужны клинические данные и особенно данные реальной клинической практики — сведения о том, как препарат используется и какие расходы возникают уже после выхода на рынок.

Именно здесь, по данным Bloomberg, китайские страховщики сталкиваются с ограниченным доступом к необходимой информации и недостатком накопленной статистики страховых случаев.

Это создаёт классическую страховую проблему. Если риск недооценить, выплаты окажутся выше собранных премий. Если переоценить, страховка станет слишком дорогой и её купит слишком мало людей.

Первые результаты показывают масштаб разрыва. По данным Caixin со ссылкой на исследование China Life Reinsurance, в 2025 году коммерческое медицинское страхование профинансировало 15,2 млрд юаней расходов на инновационные лекарства и медицинские изделия — на 23% больше, чем годом ранее. Но это составляло лишь 7,8% соответствующего рынка.

То есть дополнительный финансовый контур уже существует, однако пока он несопоставим по масштабу с базовой системой.

Для Hengrui, BeOne и Innovent вопрос возмещения становится частью инновационной модели

Для китайских разработчиков проблема финансирования имеет стратегическое значение.

Jiangsu Hengrui Pharmaceuticals, BeOne Medicines, Innovent Biologics и другие компании способны создавать всё более сложные препараты и выводить их на международные рынки. Но фармацевтическая инновация экономически устойчива только тогда, когда после регистрации возникает достаточный платёжеспособный спрос.

Если внутренние цены приходится резко снижать ради государственного возмещения, уменьшается потенциальная доходность разработки. Если препарат остаётся за пределами государственного перечня, цена может быть выше, но резко сокращается число пациентов, способных его приобрести.

Развитое коммерческое страхование теоретически создаёт третий вариант: сохранить более высокую стоимость инновационного препарата, одновременно распределив расходы между большим числом застрахованных людей.

Это особенно важно по мере того, как китайские компании выходят за пределы традиционно сильной онкологии в метаболические заболевания, иммунологию, неврологию и другие крупные терапевтические области.

Финансирование становится частью инновационной инфраструктуры почти так же, как клинические исследования, регуляторная экспертиза или производство.

Китайская проблема уже знакома США и Европе

На первый взгляд происходящее может показаться особенностью китайской системы здравоохранения. В действительности Китай сталкивается с одной из центральных проблем современной медицины.

Новые онкологические препараты позволяют лечить молекулярно определённые группы пациентов. Генная терапия способна воздействовать на причину некоторых редких заболеваний. CAR-T может давать длительные ответы у части пациентов с тяжёлыми опухолями крови. Новые препараты против болезни Альцгеймера впервые позволяют воздействовать на один из патологических процессов заболевания.

Но многие такие технологии дороги.

Поэтому США, европейские страны и Китай, несмотря на совершенно разные модели здравоохранения, постепенно приходят к одному вопросу: недостаточно определить, работает ли лекарство. Нужно решить, кто, сколько и при каких условиях будет за него платить.

Различаются механизмы — государственные переговоры о цене, оценка медицинских технологий, частные страховщики, соглашения производителей с плательщиками, ограничения назначения. Но экономическое противоречие общее.

Чем успешнее биомедицина создаёт новые возможности лечения, тем сильнее здравоохранению приходится выбирать, какие из них и для кого оно способно финансировать.

Новая модель может улучшить доступ — но способна создать и новое неравенство

Для пациентов развитие коммерческого страхования потенциально означает доступ к терапии, которая иначе оставалась бы практически полностью оплачиваемой из собственных средств.

Но здесь возникает принципиальное ограничение.

Базовое страхование охватывает почти всё население. Коммерческое — нет.

Если всё больше высокоэффективных инновационных препаратов будет уходить во второй контур, доступ к ним начнёт сильнее зависеть от наличия дополнительной страховки, её стоимости, возраста пациента, региона, работодателя и конкретных условий договора.

Поэтому коммерческое страхование способно одновременно решить одну проблему и усилить другую: уменьшить финансовую нагрузку для застрахованных пациентов, но увеличить различия в доступе между группами населения.

Не менее важен вопрос для самих страховщиков. Чтобы система стала устойчивой, им потребуется значительно больше данных о заболеваемости, назначениях, эффективности терапии и реальных расходах. Вероятно, потребуется и развитие новых моделей разделения финансового риска между страховыми компаниями и производителями лекарств.

Следующий этап китайского эксперимента поэтому будет определяться не количеством препаратов в перечне, а тем, сколько страховых продуктов действительно начнут их покрывать и сколько пациентов реально смогут воспользоваться этим покрытием.