Депрессия может менять то, что ребёнок замечает в лицах других людей

Двухлетнее исследование показало: сначала усиливались симптомы депрессии, а затем менялось внимание к эмоциональным сигналам — причём по-разному в зависимости от истории депрессии у матери

Лицо другого человека — один из важнейших источников информации для мозга. За доли секунды мы замечаем улыбку, тревогу, раздражение или печаль и используем эти сигналы, чтобы понять происходящее вокруг.

Но видим ли мы эмоциональный мир одинаково, когда наше собственное психологическое состояние меняется?

Исследование психологов из Binghamton University и University of New Mexico предлагает интересный ответ. По мере усиления симптомов депрессии у детей менялось то, каким эмоциональным выражениям они уделяли внимание.

И особенно важно: характер этого изменения зависел от того, была ли депрессия в анамнезе у матери.

Учёные два года наблюдали не за настроением, а за движением глаз

В исследовании участвовали 242 ребёнка в возрасте от 8 до 14 лет и их матери. Наблюдение продолжалось два года, а обследования проводились каждые шесть месяцев — всего пять раз.

У 123 матерей ранее было большое депрессивное расстройство в период жизни ребёнка. У остальных матерей большого депрессивного расстройства никогда не диагностировали.

Во время каждого обследования детям показывали пары лиц. Одно лицо сохраняло нейтральное выражение, второе демонстрировало определённую эмоцию: радость, печаль или гнев.

Специальная система отслеживания движений глаз (eye-tracking) позволяла определить, куда именно смотрит ребёнок и насколько долго его внимание удерживается эмоциональным лицом.

Это существенное отличие от вопроса вроде «на какие лица ты чаще обращаешь внимание?». Исследователи измеряли само зрительное поведение.

Одновременно оценивались симптомы депрессии.

Но главная особенность работы заключалась даже не в этом.

Главный вопрос был не «связаны ли внимание и депрессия», а «что появляется раньше»

Исследования депрессии давно указывают на смещения внимания (attentional biases).

Проще говоря, наше внимание не распределяется между всеми окружающими сигналами совершенно равномерно. Одни стимулы легче захватывают его, другие быстрее отпускают.

При депрессии ранее обнаруживали связь с повышенным вниманием к негативной эмоциональной информации, в том числе к печальным лицам. Однако исследования у детей были ограниченными, многие проводились только в один момент времени, а выявленные эффекты в предыдущей литературе были небольшими.

Из такой фотографии одного момента невозможно понять направление связи.

Представьте, что у ребёнка одновременно обнаружили симптомы депрессии и повышенное внимание к печальным лицам.

Возможны как минимум две гипотезы.

Первая: особенность внимания существовала раньше и могла способствовать развитию симптомов.

Вторая: сначала возникли симптомы депрессии, а уже затем постепенно изменилось то, что привлекает и удерживает внимание ребёнка.

Чтобы приблизиться к ответу, исследователи многократно обследовали одних и тех же детей и статистически проверили обе последовательности: предсказывает ли внимание будущие симптомы и предсказывают ли симптомы будущие изменения внимания.

Именно здесь появился главный результат работы.

Депрессивные симптомы предшествовали изменению внимания — но не наоборот

Более выраженные симптомы депрессии при одном обследовании предсказывали последующее изменение внимания к эмоциональным лицам.

Обратного эффекта исследователи не обнаружили: особенности внимания в этой выборке не предсказывали последующего изменения депрессивных симптомов.

Это важное уточнение.

Результаты не подтверждают простую идею, что ребёнок сначала начинает больше смотреть на печальные лица — и поэтому впоследствии становится более депрессивным.

В рамках этого исследования наблюдаемая последовательность была другой: изменения внимания следовали за изменениями симптомов.

Но дальше обнаружилась ещё одна особенность.

Одинаковые симптомы были связаны с разными изменениями внимания в двух группах детей.

У одних исчезало внимание к радости, у других усиливалось внимание к печали

У детей, чьи матери никогда не страдали большим депрессивным расстройством, усиление симптомов депрессии предсказывало последующее снижение внимания к счастливым лицам.

То есть речь шла не обязательно о том, что ребёнок начинал активнее искать негатив.

Он мог просто меньше задерживать внимание на позитивных эмоциональных сигналах.

Исследователи рассматривают внимание к счастливым лицам как возможный защитный фактор. В такой интерпретации депрессивные переживания могут постепенно ослаблять один из механизмов, благодаря которому позитивные социальные сигналы обычно привлекают внимание.

У детей матерей с историей большого депрессивного расстройства картина оказалась другой.

Усиление симптомов у них предсказывало последующее увеличение внимания к печальным лицам.

Это уже не столько потеря внимания к позитивному сигналу, сколько более сильное удерживание внимания негативным эмоциональным сигналом.

Получаются два потенциально разных пути:

• меньше внимания к счастливым лицам;
• больше внимания к печальным лицам.

И оба были связаны с усилением депрессивных симптомов, но наблюдались в разных группах детей.

Депрессия может менять не только чувства, но и «фильтр» окружающего мира

Здесь возникает самый интересный поворот исследования.

Мы обычно представляем депрессию прежде всего как изменение внутреннего состояния: человеку грустно, трудно испытывать удовольствие, снижаются энергия и мотивация.

Но мозг постоянно выбирает, какую часть окружающей информации сделать приоритетной.

Мы физически видим всё это, но внимание распределяется не одинаково.

Если симптомы депрессии постепенно меняют этот фильтр, то меняется не сам внешний мир, а то, какие его элементы получают преимущество при обработке.

У одного ребёнка улыбка другого человека может перестать так легко удерживать внимание.

У другого печальное лицо может становиться всё труднее игнорировать.

Именно поэтому результат исследования интереснее простой формулы «депрессивные дети чаще смотрят на грустные лица».

Так происходит не со всеми.

История депрессии у матери оказалась связана с разными траекториями

Почему у детей двух групп наблюдались разные изменения?

Исследование устанавливает эту разницу, но не доказывает её механизм.

Авторы предлагают одну возможную гипотезу.

Дети матерей с депрессией могут чаще сталкиваться с определёнными эмоциональными выражениями в повседневном взаимодействии. В результате печальные выражения лица могут приобретать для них большую значимость, а при появлении собственных депрессивных симптомов внимание к таким сигналам может усиливаться ещё больше.

Но это пока интерпретация, а не доказанная причинная цепочка.

Кроме того, семейная история депрессии — это не один фактор. Она может отражать сочетание генетической предрасположенности, особенностей среды, семейных взаимодействий и множества других влияний.

Поэтому результат нельзя переводить в формулу «депрессия матери учит ребёнка смотреть на грустные лица».

Исследование этого не показывает.

И вот что особенно важно: «смещение внимания» оказалось скорее следом, чем предвестником

В исследованиях депрессии давно обсуждается привлекательная гипотеза: возможно, характерные особенности внимания являются одним из факторов, повышающих риск заболевания.

Новая работа эту идею полностью не опровергает. Одно исследование не может закрыть такой вопрос.

Но в наблюдавшейся группе детей исследователи получили другую временную последовательность.

Симптомы предсказывали будущие изменения внимания.

Внимание не предсказывало будущего усиления симптомов.

Это меняет интерпретацию результата.

То, что выглядит как возможимая «уязвимость» к депрессии, в некоторых случаях может формироваться уже в процессе депрессивного состояния.

Иными словами, психологическое состояние способно постепенно перестраивать то, какую эмоциональную информацию мозг выделяет из окружающей среды.

Почему для этого исследования особенно важен возраст 8–14 лет

Детство и начало подросткового периода — время, когда многие психологические процессы ещё формируются.

Это делает продольные исследования особенно ценными.

Если обследовать взрослых людей с длительной историей депрессии, трудно установить, какие особенности существовали до заболевания, какие появились вместе с ним, а какие закрепились после повторных эпизодов.

У детей исследователи могут наблюдать изменения ближе к моменту их формирования.

Авторы продолжают наблюдение за участниками уже в подростковом возрасте. Один из следующих вопросов — окажутся ли выявленные особенности внимания связанными с вероятностью последующего клинического диагноза депрессии.

Ответа на него пока нет.

Исследование не превращает движение глаз в тест на депрессию

Здесь особенно важно не сделать вывод сильнее полученных данных.

Система отслеживания движений глаз в этой работе была исследовательским инструментом, а не диагностическим тестом.

По тому, сколько ребёнок смотрит на счастливое или печальное лицо на экране, нельзя самостоятельно определить наличие депрессии или предсказать её развитие.

Исследование также не показывает, что изменение зрительного внимания обязательно приведёт к клиническому заболеванию.

Есть и ограничения выборки. В исследовании участвовали 242 ребёнка, 51,65% составляли девочки, а 81,4% участников были неиспаноязычными белыми. Поэтому ещё предстоит проверить, насколько полученные закономерности воспроизводятся в более крупных и разнообразных группах.

Наконец, исследователи анализировали депрессивные симптомы и их изменения во времени. Это не означает, что каждый ребёнок с повышенными показателями имел большое депрессивное расстройство.

Что эта работа действительно добавляет к пониманию детской депрессии

Главная ценность исследования — не в обнаружении очередного «признака депрессии».

Оно показывает динамический процесс.

Эмоциональное состояние ребёнка и обработка социальных сигналов не обязательно являются двумя независимыми явлениями. По мере изменения симптомов может меняться и то, чему мозг отдаёт приоритет в лицах окружающих.

Причём единого паттерна может не существовать.

Для одних детей депрессивные симптомы сопровождаются постепенной потерей внимания к позитивным сигналам. Для других — усилением внимания к печальным.

И семейная история депрессии может быть одним из факторов, определяющих, по какой траектории развивается этот процесс.