Пандемию коронавируса разыграли за 74 дня до первых сообщений о COVID-19

Учёные заранее смоделировали глобальную эпидемию, дефицит лекарств и распространение дезинформации. Когда пандемия стала реальностью, выяснилось, насколько трудно превратить понимание угрозы в готовность к ней.

Утро 18 октября: пандемия начинается по сценарию

В пятницу, 18 октября 2019 года, в нью-йоркском отеле The Pierre собрались представители международных организаций, органов здравоохранения и крупнейших компаний.

Среди участников были специалисты, связанные с американскими Центрами по контролю и профилактике заболеваний (CDC), китайской системой эпидемиологического надзора, Всемирным банком, фармацевтической компанией Johnson & Johnson и международной службой доставки UPS.

Организаторами выступили Центр безопасности здоровья Университета Джонса Хопкинса (Johns Hopkins Center for Health Security), Всемирный экономический форум (World Economic Forum) и Фонд Билла и Мелинды Гейтс (Bill & Melinda Gates Foundation).

Мероприятие получило название Event 201.

Участникам предстояло провести три с половиной часа в мире, где распространяется неизвестная инфекция, больницы сталкиваются с растущим потоком пациентов, международные перевозки нарушаются, а правительства пытаются сохранить контроль над ситуацией.

На экранах появлялись специально подготовленные телевизионные репортажи. Вымышленные журналисты рассказывали о новых случаях заболевания, экономических потерях и социальных конфликтах.

Пятнадцать приглашённых участников обсуждали, какие решения следует принимать в таких обстоятельствах.

Это были не медицинские эксперименты и не работа с настоящим вирусом. Event 201 представлял собой настольные управленческие учения — формат, при котором специалисты последовательно разбирают развитие кризиса и последствия возможных решений.

Главный вопрос заключался не в том, удастся ли обнаружить возбудителя.

Организаторов интересовало, смогут ли государства, системы здравоохранения и частные компании действовать согласованно, когда эпидемия выйдет за национальные границы.

Вымышленный коронавирус из Бразилии

Сценарий начинался на свиноводческих фермах Бразилии.

Согласно легенде учений, новый коронавирус передался от летучих мышей свиньям, затем человеку и постепенно приобрёл способность эффективно распространяться между людьми.

Возбудитель получил условное название CAPS.

Заболевание напоминало тяжёлый острый респираторный синдром SARS, вспышка которого произошла в 2002–2003 годах. Однако вымышленный вирус обладал важной особенностью: его могли эффективно распространять люди с относительно лёгкими симптомами.

Сначала инфекция распространялась незаметно.

Затем число заболевших начинало быстро увеличиваться в густонаселённых районах южноамериканских городов. Международные авиаперевозки переносили вирус в другие страны.

Первыми направлениями распространения за пределами региона в сценарии становились Португалия, США и Китай.

Постепенно эпидемия охватывала весь мир.

Отдельные государства временно сдерживали распространение инфекции, но новые завозные случаи приводили к повторным вспышкам.

Для первых двенадцати месяцев сценарий не предусматривал появления эффективной вакцины.

Существовавший в вымышленном мире противовирусный препарат мог облегчать течение болезни, но практически не препятствовал дальнейшей передаче возбудителя.

Таким образом, медицинские возможности оказывались существенно ограничены.

65 миллионов смертей за полтора года

К завершению сценария, охватывавшего 18 месяцев пандемии, число умерших достигало 65 миллионов человек.

Эта цифра впоследствии стала одним из наиболее обсуждаемых элементов Event 201.

Но её необходимо правильно понимать.

65 миллионов не были прогнозом смертности от будущего COVID-19. Число представляло собой результат математического моделирования, основанного на специально выбранных характеристиках вымышленного возбудителя.

В подобных моделях последствия зависят от исходных параметров: заразности, тяжести заболевания, продолжительности инфекционного периода, восприимчивости населения и доступности медицинских вмешательств.

Изменение этих параметров способно радикально изменить результат.

Цель заключалась в создании достаточно тяжёлого сценария, который заставил бы участников столкнуться с проблемами, обычно остающимися за пределами повседневного управления.

И именно здесь находилась наиболее интересная часть учений.

Почему пандемия оказалась проблемой не только врачей

Специалисты моделировали ситуацию, в которой даже наличие научных знаний не гарантировало успешного противодействия эпидемии.

Вопросы разработки вакцины и лечения были лишь частью обсуждения.

Участникам приходилось учитывать международные цепочки поставок, движение товаров, работу транспорта, финансовую устойчивость компаний и распространение противоречивой информации.

Например, что произойдёт, если одна страна располагает запасами медицинской продукции, а другая испытывает критический дефицит?

Как организовать производство необходимых препаратов, если обычные производственные мощности рассчитаны на значительно меньший спрос?

Можно ли сохранить поставки лекарств, если государства начинают ограничивать международную торговлю?

Кто должен финансировать производство вакцин, когда ещё неизвестно, насколько эффективными окажутся разработки?

Для фармацевтической индустрии это принципиальные вопросы.

Разработка лекарства, получение регистрационного разрешения, промышленное производство и доставка пациентам — разные этапы. Успех одного не гарантирует успеха остальных.

В условиях пандемии слабое звено способно ограничить эффективность всей системы.

Именно поэтому организаторы Event 201 пригласили не только эпидемиологов, но и представителей фармацевтического бизнеса, логистических компаний, финансовых организаций и средств массовой информации.

Почему выбрали именно коронавирус

После появления COVID-19 выбор возбудителя для учений стал выглядеть особенно необычно.

Однако к октябрю 2019 года коронавирусы уже давно находились в поле зрения эпидемиологов.

Вспышка SARS в 2002–2003 годах продемонстрировала, что ранее неизвестный коронавирус способен вызывать тяжёлое респираторное заболевание и распространяться между странами.

В 2012 году был идентифицирован коронавирус MERS-CoV, вызывающий ближневосточный респираторный синдром.

Оба события показали опасность передачи коронавирусов от животных человеку.

Учёные также понимали, что тесные международные связи и интенсивные пассажирские перевозки позволяют инфекционным заболеваниям распространяться значительно быстрее, чем в прежние исторические эпохи.

Поэтому пандемия нового коронавируса была научно обоснованным сценарием, а не фантастическим предположением.

Более того, Event 201 не был первой попыткой Университета Джонса Хопкинса провести подобные учения.

В 2001 году специалисты организовали Dark Winter — моделирование преднамеренной вспышки натуральной оспы.

Позднее появились Atlantic Storm и Clade X.

Event 201 продолжал эту работу, но уделял особенно большое внимание взаимодействию государственных структур с частным сектором.

Коронавирус выбрали потому, что он представлял реальную эпидемиологическую угрозу.

Это не означало, что организаторам было известно о появлении конкретного вируса SARS-CoV-2.

Через 74 дня сценарий встретился с реальностью

31 декабря 2019 года Всемирная организация здравоохранения получила информацию о случаях пневмонии неизвестного происхождения в китайском городе Ухань.

Позднее исследователи установили, что заболевание вызывает новый коронавирус, получивший название SARS-CoV-2.

30 января 2020 года ВОЗ объявила вспышку чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение.

11 марта организация охарактеризовала распространение COVID-19 как пандемию.

Между нью-йоркскими учениями и первым официальным сообщением о вспышке в Ухане прошло всего 74 дня.

Вскоре реальные новости начали напоминать некоторые эпизоды Event 201.

Правительства обсуждали ограничения международных поездок. Медицинские учреждения готовились к увеличению числа пациентов. Производители лекарств и медицинской продукции сталкивались с растущим спросом.

Появились трудности с поставками средств индивидуальной защиты и диагностических материалов.

Параллельно распространялась недостоверная информация о заболевании, профилактике и лечении.

Разумеется, реальные события не повторяли сценарий буквально.

Вымышленная эпидемия начиналась в Бразилии, а реальные первые официально зарегистрированные случаи COVID-19 были связаны с Китаем.

Характеристики возбудителей, масштабы смертности и сроки появления вакцин также существенно различались.

Но основные категории проблем оказались удивительно похожими.

Почему организаторам пришлось выступить с разъяснением

24 января 2020 года Центр безопасности здоровья Университета Джонса Хопкинса опубликовал специальное заявление.

К тому моменту организаторы уже получали вопросы о том, действительно ли Event 201 предсказал происходившую в Китае вспышку.

Центр прямо разъяснил, что учения не являлись прогнозом.

Использовавшийся коронавирус был вымышленным, а параметры математической модели существенно отличались от характеристик нового вируса, обнаруженного в 2019 году.

Организаторы отдельно подчеркнули, что оценка в 65 миллионов смертей не относилась к реальной вспышке.

Это важное различие.

Научная оценка риска позволяет определить, какие события возможны и к каким последствиям они могут привести.

Но она не означает знания будущего.

Сильная сторона Event 201 заключалась не в предсказании конкретной пандемии.

Специалисты смогли заранее определить системные проблемы, которые способны возникнуть при масштабном распространении опасной инфекции.

Семь рекомендаций, опубликованных уже во время вспышки

17 января 2020 года, когда о новом коронавирусе уже сообщали международные организации, организаторы Event 201 представили семь рекомендаций по подготовке к будущим пандемиям.

Они касались взаимодействия государства и бизнеса, формирования запасов медицинской продукции, сохранения международных поставок, финансирования разработки вакцин и лекарств, защиты экономики и противодействия дезинформации.

Особое место занимала необходимость заранее создавать возможности для быстрого увеличения производства вакцин, диагностических средств и лекарственных препаратов.

Ещё один принцип заключался в том, что доступность медицинской продукции необходимо обеспечивать не только в странах, обладающих собственными производственными мощностями.

Организаторы предлагали развивать международные механизмы распределения ресурсов.

Здесь проявлялась фундаментальная проблема современной фармацевтики.

Для предотвращения катастрофических последствий эпидемии могут потребоваться огромные инвестиции в производственные мощности и технологии, которые в обычное время не приносят сопоставимой коммерческой отдачи.

Рынок ориентируется на существующий спрос, тогда как противоэпидемическая безопасность требует подготовки к спросу, который может никогда не возникнуть.

Это противоречие существовало задолго до COVID-19.

Почему эта история важна сегодня

Event 201 представляет интерес прежде всего как документ о состоянии научного и управленческого понимания пандемических угроз накануне COVID-19.

За несколько месяцев до глобального кризиса специалисты уже обсуждали необходимость ускоренной разработки вакцин, расширения производственных мощностей, устойчивой логистики и согласованных международных решений.

Позднее многие из этих вопросов стали центральными для мировой системы здравоохранения.

Для пациентов значение подобных решений непосредственно связано с доступностью медицинской помощи.

Эффективная вакцина приносит пользу только тогда, когда её удалось произвести, доставить и применить. Диагностический тест помогает контролировать инфекцию лишь при условии, что он доступен в необходимом количестве и результаты можно получить своевременно.

Для врачей устойчивость системы означает наличие средств защиты, диагностических возможностей, лекарственных препаратов и достаточных ресурсов для лечения пациентов.

Для фармацевтических производителей и дистрибуторов история Event 201 напоминает о необходимости оценивать не только коммерческую эффективность, но и устойчивость цепочек поставок.

При этом учения нельзя считать доказательством того, что все проблемы COVID-19 можно было предотвратить.

Знание возможных угроз не определяет автоматически оптимальную стратегию реагирования. Решения принимаются в условиях неопределённости, ограниченных ресурсов и необходимости учитывать медицинские, социальные и экономические последствия.

Само существование Event 201 не доказывает, что конкретные меры, предложенные участниками, обязательно обеспечили бы лучший результат.

Но оно подтверждает: многие ключевые риски пандемии были известны ещё до появления SARS-CoV-2.