Компания «Амедарт» начала клинический этап разработки российского дженерика мавакамтена. Разбираем, как действует препарат, почему Camzyos быстро стал блокбастером и что появление воспроизведенной версии может изменить для пациентов и рынка.
Минэкономики предложило разрешить Роспатенту блокировать обращение лекарств при патентных спорах до решения суда. Минздрав и фармкомпании спорят о защите разработок, конкуренции и рисках для пациентов.
«ВЕРТЕКС» увеличил выпуск продукции на 13% и довёл выручку за полугодие до 13 млрд рублей. Разбираем, почему компания делает ставку на ЖНВЛП, новые линии упаковки и экспорт в Азию.
Merck выдала семь добровольных лицензий на алиматравир — экспериментальную ежемесячную таблетку для профилактики ВИЧ. Производители дженериков смогут заранее готовить выпуск препарата для 129 стран, если исследования подтвердят его пользу.
Пять сюжетов показывают, как тарифы США, регуляторные стимулы и рост контрактного производства перестраивают фармацевтические цепочки. Российский рынок N06B тем временем приближается к смене лидера бюджетных продаж.
США готовят резкое повышение пошлин на импортные дженерики, чтобы вернуть производство лекарств в страну. Для Sandoz и всего рынка это означает пересмотр заводов, цен, логистики и устойчивости поставок.
США планируют поэтапно ввести пошлины до 200% на импортные дженерики. Разбираем, почему локализация производства может оказаться сложнее для низкомаржинального рынка и чем это грозит доступности лекарств.
Health Canada одобрила дженерик семаглутида Aspen, но его запуск зависит от поставок действующего вещества. Канадский пример показывает, как рынок GLP-1 переходит от патентной защиты к конкуренции производственных цепочек.