Что на самом деле теряет тело при похудении на препаратах GLP-1

Новые данные показывают: большая часть снижения веса приходится на жир, но вопрос сохранения мышц сложнее, чем кажется

Весы показывают, сколько килограммов исчезло. Но они не отвечают на гораздо более важный вопрос: что именно исчезло.

При похудении организм теряет не только жировую ткань. Может уменьшаться вода, гликоген, содержимое желудочно-кишечного тракта и безжировая масса, в которую входят мышцы и другие ткани.

Поэтому с распространением семаглутида, тирзепатида и других препаратов на основе инкретинов возник вполне закономерный вопрос: не покупается ли значительное снижение веса ценой слишком большой потери мышц?

Новые данные из Вены дают довольно обнадеживающий ответ — но одновременно показывают, почему простой формулы «GLP-1 сохраняют мышцы» пока быть не может.

Минус 10% на весах — но что именно стало меньше

Исследователи проанализировали данные 486 взрослых с ожирением, лечившихся в специализированной частной амбулаторной клинике Вены в 2022–2025 годах.

Средний возраст участников составлял около 50 лет, средний индекс массы тела — 37,7 кг/м². Женщины составляли 82% группы.

Большинство пациентов — 82% — получали семаглутид. Еще 8% принимали лираглутид и 8% — тирзепатид, одновременно воздействующий на рецепторы GIP и GLP-1. Всем пациентам также рекомендовали физическую активность в соответствии с действующими рекомендациями.

Исследователей интересовал не просто вес.

Они отдельно оценивали жировую и скелетную мышечную массу с помощью биоэлектрического импедансного анализа — BIA.

Принцип довольно прост: через тело пропускается очень слабый электрический ток, а прибор измеряет сопротивление тканей. Вода, жир и безжировые ткани проводят ток по-разному, поэтому на основании этих измерений и математических моделей можно оценить состав тела.

Это удобный и неинвазивный метод, хотя по точности и воспроизводимости он имеет ограничения по сравнению, например, с двухэнергетической рентгеновской абсорбциометрией (DXA) или магнитно-резонансной томографией.

На каждый потерянный килограмм мышцы приходилось намного больше потерянного жира

Среднее наблюдение продолжалось около 14 месяцев.

За это время масса тела участников уменьшилась примерно на 9,9%.

Но внутри этих потерянных килограммов изменения оказались очень неравномерными.

Жировая масса сократилась в среднем на 9 кг — примерно на 18% от исходной.

Скелетная мышечная масса уменьшилась значительно меньше: в среднем на 1,2 кг, или приблизительно на 5%.

Авторы исследования оценивают, что примерно 80–85% потерянного веса приходилось на жир.

Более чем у 70% пациентов относительная скелетная мышечная масса — то есть доля мышц в составе тела — сохранилась либо увеличилась.

И здесь находится ключ к правильному пониманию результатов.

Можно потерять мышцы в килограммах — и одновременно стать «мышечнее»

На первый взгляд это звучит как противоречие.

Человек потерял часть мышечной массы. Как тогда доля мышц могла увеличиться?

Представим условного человека весом 100 кг, у которого 40 кг приходится на жир и 30 кг — на скелетные мышцы.

После лечения он потерял 12 кг жира и 1 кг мышц.

Теперь он весит 87 кг, а мышц осталось 29 кг.

Абсолютное количество мышечной ткани действительно уменьшилось: 30 кг превратились в 29 кг.

Но доля мышц в общей массе тела выросла — потому что жира исчезло намного больше.

Именно это различие между абсолютной и относительной мышечной массой принципиально важно для интерпретации исследований препаратов GLP-1.

Фраза «доля мышц увеличилась» не означает, что человек обязательно нарастил мышцы. Она может означать, что мышцы уменьшались значительно медленнее, чем жировая ткань.

Это и есть один из главных моментов исследования.

Потеря безжировой массы — еще не потеря мышечной функции

Есть и вторая причина, по которой цифры о «потере мышц» требуют осторожности.

В научных работах часто измеряют безжировую массу тела (lean mass или fat-free mass). Но это не синоним функциональной скелетной мышечной ткани.

В безжировую массу входят не только мышцы, но и вода, органы, соединительная ткань и другие компоненты.

Поэтому уменьшение безжировой массы при похудении нельзя автоматически переводить в утверждение, что человек потерял такое же количество работающих мышц.

Тем более нельзя только по этой цифре диагностировать саркопению — состояние, при котором важны не только количество мышечной ткани, но также сила и физическая функция.

Современные исследования GLP-1 как раз постепенно переходят от вопроса «сколько килограммов безжировой массы исчезло?» к более содержательному: «что происходит с количеством, качеством и функцией мышц?»

Почему мышцы вообще уменьшаются при похудении

Этот процесс не уникален для семаглутида или тирзепатида.

Когда человек значительно снижает массу тела любым способом, организм оказывается в энергетическом дефиците. Жировая ткань становится главным источником запасенной энергии, но изменения затрагивают и безжировые ткани.

Кроме того, большому телу требуется больше мышечной массы просто для его перемещения.

Если человек весил 120 кг, а затем стал весить 90 кг, его мышцам больше не приходится постоянно перемещать дополнительные 30 кг. Часть прежней мышечной массы может становиться физиологически менее необходимой.

Поэтому сам факт некоторого уменьшения мышечной или безжировой массы при значительном похудении еще не доказывает токсического действия препарата на мышцы.

Вопрос другой: является ли эта потеря непропорционально большой и ухудшаются ли сила и функция.

И вот здесь научная картина пока остается неоднозначной.

Другие исследования не позволяют сказать, что проблема мышц закрыта

Результаты венской группы выглядят благоприятно, но их нельзя рассматривать отдельно от остальных данных.

Систематический обзор и метаанализ 22 рандомизированных исследований показал, что препараты GLP-1 и двойные агонисты GLP-1/GIP уменьшают прежде всего жировую массу, однако одновременно снижается и абсолютная безжировая масса. В среднем на нее приходилось около четверти общей потери веса.

Еще более свежий метаанализ рандомизированных исследований 2026 года оценил долю безжировой массы среди потерянного веса примерно в 35% для семаглутида, 25% для тирзепатида и 27% для лираглутида.

Это заметно отличается от 15–20%, которые следуют из представленных в Вене данных.

Противоречие не обязательно означает, что какое-то из исследований ошибочно.

Исследования используют разные препараты и дозировки, разные группы пациентов, различную продолжительность лечения и разные способы измерения состава тела. Кроме того, lean mass, fat-free mass и skeletal muscle mass — связанные, но не идентичные показатели.

Именно поэтому две работы могут одновременно показать преимущественную потерю жира и получить разные цифры для сохранения мышечной ткани.

Самый интересный результат появился после статистической поправки

Венские исследователи сделали еще один шаг.

Они построили статистическую модель, учитывавшую количество жировой ткани, продолжительность терапии, возраст, пол и исходный индекс массы тела.

После учета изменения жировой массы время лечения само по себе уже не было независимо связано с уменьшением скелетной мышечной массы.

Проще говоря, исследователи не увидели признаков того, что мышцы продолжают систематически исчезать просто потому, что человек дольше получает препарат.

Абсолютная мышечная масса была тесно связана с жировой массой.

Авторы интерпретируют это как признак пропорциональной перестройки состава тела: организм становится значительно менее жирным, а мышечная масса уменьшается гораздо меньше.

Именно здесь меняется взгляд на проблему.

Возможно, правильный вопрос звучит не «теряются ли мышцы при GLP-1?». Некоторое их количество действительно может теряться.

Гораздо важнее спросить: «теряется ли мышечной ткани больше, чем можно ожидать при таком масштабном похудении, и ухудшает ли это здоровье и физические возможности человека?»

На этот вопрос окончательного ответа пока нет.

Почему исследование нельзя считать последним словом

Работа имеет важное преимущество: это данные реальной клинической практики, а не тщательно отобранной группы участников экспериментального исследования.

Но у этого есть и обратная сторона.

Исследование было ретроспективным — ученые анализировали уже накопленные медицинские данные. Не было контрольной группы пациентов, получавших плацебо или худевших другим способом.

У части пациентов отсутствовали отдельные измерения.

Кроме того, 82% участников составляли женщины, поэтому результаты нельзя автоматически переносить на все группы пациентов.

Есть и ограничение самого метода BIA. На результаты биоимпедансного анализа влияют гидратация и другие физиологические факторы, а оценка мышечной массы строится на математических моделях, а не на прямом измерении каждого килограмма мышцы.

Наконец, исследование говорит главным образом о составе тела.

Но сохраненная масса еще не гарантирует сохраненной силы.

Для окончательного ответа нужны проспективные исследования, в которых одновременно оцениваются мышечная масса, качество мышц, сила, физическая работоспособность и изменения этих показателей в течение нескольких лет.

Как сохранить мышцы при похудении на GLP-1

Практический вывод из современных данных не состоит в том, что мышцами можно больше не заниматься.

Скорее наоборот.

Систематический обзор рандомизированных исследований 2026 года показал интересную закономерность: при обычных интенсивных изменениях образа жизни доля безжировой массы среди потерянного веса была сопоставима с инкретиновой терапией — около 26%.

Но когда программа образа жизни включала силовые тренировки, показатель был ниже — около 18%.

Это не доказывает, что такой же эффект обязательно будет получен у каждого пациента на семаглутиде или тирзепатиде. Однако хорошо показывает общий физиологический принцип: мышечной ткани нужен стимул, чтобы организм продолжал считать ее необходимой.

Поэтому при значительном снижении веса имеет смысл обсуждать с врачом не только цифру на весах, но и качество похудения.

Особенно это важно для пожилых людей, пациентов с уже низкой мышечной массой, выраженной слабостью, недостаточным питанием или другими факторами риска саркопении.

Физическая активность, прежде всего упражнения с сопротивлением, адекватное питание и достаточное поступление белка могут быть частью стратегии сохранения мышц. Конкретные потребности зависят от возраста, состояния здоровья, функции почек, рациона и уровня физической активности, поэтому универсальной нормы для всех пациентов здесь нет.

Весы становятся слишком примитивным инструментом

Появление препаратов, способных снижать массу тела на десятки килограммов, меняет сам критерий успешного лечения ожирения.

Раньше главным вопросом было: сколько килограммов человек потерял?

Теперь появляется второй: какие именно килограммы он потерял?

Два человека могут одинаково похудеть на 15 кг, но физиологический результат окажется разным, если у одного почти вся потеря пришлась на жировую ткань, а у другого значительно уменьшились мышцы.

Поэтому следующая глава терапии ожирения, вероятно, будет посвящена уже не максимальному снижению массы тела, а качеству этого снижения — сохранению мышц, силы, костной ткани и способности человека оставаться физически активным.