При артрозе колена лечили не хрящ, а кровеносные сосуды

У 80% обследованных через год пациентов боль заметно уменьшилась. Но доказать, что помогла именно процедура, пока не удалось

Почему повреждённый хрящ не объясняет всю боль

Суставной хрящ выполняет механическую функцию: покрывает поверхности костей, уменьшает трение и помогает распределять нагрузку.

Однако у него есть необычная особенность: здоровый суставной хрящ практически лишён кровеносных сосудов и нервных окончаний.

Сам по себе он не способен передавать боль так, как это делают окружающие ткани.

При остеоартрозе изменения происходят не только в хряще. Они затрагивают кость под ним, суставную капсулу, связки и синовиальную оболочку — тонкую ткань, выстилающую внутреннюю поверхность суставной капсулы.

Синовиальная оболочка вырабатывает жидкость, которая обеспечивает питание хряща и облегчает движение суставных поверхностей.

Но при хроническом воспалении в ней могут формироваться дополнительные мелкие кровеносные сосуды.

Этот процесс называется неоангиогенезом — образованием новых сосудов.

Особенно интересно, что рост сосудов и чувствительных нервных волокон может происходить согласованно. Новые нервные окончания способны проникать в ткани вдоль формирующихся сосудов, создавая дополнительные пути передачи болевых сигналов.

Возникает своеобразная сосудисто-нервная сеть, которая может поддерживать воспаление и повышать чувствительность сустава.

Именно здесь появляется принципиально другая идея лечения.

Если часть боли связана с патологическими изменениями сосудов и окружающих нервных структур, возможно, на неё удастся повлиять, не восстанавливая повреждённый хрящ.

Как можно уменьшить боль, временно перекрыв сосуды

Метод называется genicular artery embolization (GAE) — эмболизация артерий коленного сустава.

Это малоинвазивная процедура, которую выполняет интервенционный радиолог — врач, проводящий лечебные вмешательства под контролем медицинской визуализации.

Под местной анестезией через бедренную артерию вводят тонкий катетер. Используя рентгеновское изображение и контрастное вещество, врач направляет его к небольшим артериальным ветвям, снабжающим кровью ткани вокруг коленного сустава.

При ангиографии — исследовании сосудов с контрастированием — специалисты ищут участки аномально усиленного кровоснабжения.

Затем через микрокатетер вводят частицы, которые временно закупоривают выбранные мелкие сосуды.

При этом задача состоит не в прекращении кровоснабжения всего колена. Врач стремится воздействовать на определённые сосудистые участки, сохраняя нормальную циркуляцию крови по основным артериям.

Берлинские исследователи использовали желатиновые микросферы диаметром 100–300 микрометров.

Их особенность — способность рассасываться в течение нескольких часов.

Ранее для подобных процедур применяли и постоянные микросферы. Однако частицы, остающиеся внутри сосудов, вызывают дополнительные вопросы о возможных отдалённых последствиях и риске попадания материала в нежелательные участки кровеносной сети.

Быстрорассасывающиеся микросферы потенциально позволяют уменьшить продолжительность сосудистой закупорки.

Предполагается, что даже временное изменение кровотока может повлиять на патологическую сосудистую сеть и связанные с ней воспалительные процессы.

Однако это предполагаемый механизм действия. Его способность обеспечивать устойчивое уменьшение боли ещё необходимо убедительно доказать.

Что произошло с болью у 194 пациентов

Результаты исследования Charité были опубликованы в журнале Radiology 16 июня 2026 года и получили новую волну международного внимания 14 октября.

В проспективное наблюдательное исследование вошли 194 пациента с остеоартрозом коленного сустава.

Медианный возраст участников составлял 69 лет.

Все они продолжали испытывать боль, несмотря как минимум на три месяца предшествующего консервативного лечения.

Оно включало противовоспалительные препараты, физиотерапию и в зависимости от пациента внутрисуставные инъекции.

У 45 участников были поражены оба колена, поэтому общее количество выполненных процедур составило 239.

Врачи оценивали результаты через шесть недель, три месяца, шесть месяцев и один год.

Для измерения интенсивности боли использовалась числовая шкала от 0 до 10, где 0 означает отсутствие боли, а 10 — максимально сильную боль.

Медианные показатели изменялись следующим образом:

• До процедуры — 7 баллов.
• Через шесть недель — 4 балла.
• Через три месяца — 4 балла.
• Через шесть месяцев — 3 балла.
• Через 12 месяцев — 3 балла.

Таким образом, через год медианная оценка боли была на четыре балла ниже исходной.

Но уменьшением боли результаты не ограничились.

Исследователи использовали специальный опросник KOOS, который позволяет оценить симптомы, повседневную активность, физические возможности и качество жизни человека с заболеванием коленного сустава.

По шкале повседневной активности медианный показатель увеличился с 53 до 71,5 балла из 100.

По шкале качества жизни — с 19 до 40 баллов.

Это означает, что участники сообщали не только о меньшей боли, но и об улучшении способности выполнять обычные действия.

При этом речь идёт преимущественно об оценках самих пациентов, а не об объективно измеренных изменениях физической работоспособности.

Что на самом деле означает результат 80%

Это наиболее привлекательная цифра исследования, но её важно правильно понимать.

Через 12 месяцев контрольное обследование прошли 154 человека из первоначальных 194.

Среди них 80% достигли заранее определённого порога клинически значимого уменьшения боли.

В данном исследовании таким порогом считалось снижение оценки боли не менее чем на два балла по десятибалльной шкале.

Почему это существенно?

Статистически значимое изменение показателя не обязательно означает улучшение, которое человек действительно ощущает в обычной жизни.

Поэтому исследователи используют понятие минимального клинически значимого различия — величины изменения, которую можно считать практически важной для пациента.

Но цифра 80% не означает, что у такого количества людей боль полностью исчезла.

Она также не означает, что положительный результат получили 80% всех первоначально включённых участников.

К концу года данные отсутствовали у 40 человек — примерно у каждого пятого.

Исследование не позволяет уверенно определить, насколько результаты этих пациентов отличались бы от результатов завершивших наблюдение.

Насколько безопасной оказалась процедура

Все 239 вмешательств были технически успешными: врачам удалось выполнить запланированную эмболизацию выбранных сосудов.

Нежелательные явления были зарегистрированы после 16 процедур — в 6,7% случаев.

В 15 случаях наблюдалось временное изменение окраски кожи над обработанной областью.

Ещё у одного пациента возникла поверхностная гематома в паховой области, где вводили катетер.

Все зарегистрированные осложнения прошли без остаточных последствий.

Умеренных и тяжёлых нежелательных явлений исследователи не наблюдали.

Это обнадёживающий результат, особенно для вмешательства, предполагающего введение частиц непосредственно в артериальную систему.

Однако отсутствие серьёзных осложнений в относительно небольшой группе не доказывает, что процедура полностью безопасна.

Остаются вопросы о возможных редких сосудистых осложнениях, непреднамеренной эмболизации здоровых тканей и отдалённых изменениях кровоснабжения.

Кроме того, вмешательство требует введения катетера, контрастного вещества и использования рентгеновского контроля.

Поэтому называть метод полностью неоперационным или лишённым рисков было бы неправильно.

Почему уменьшение боли ещё не доказывает эффективность эмболизации

Здесь находится главное ограничение берлинского исследования.

Все участники получили активное вмешательство.

Контрольной группы, в которой проводили бы имитацию процедуры без введения эмболизирующих частиц, не существовало.

Поэтому исследователи смогли установить, что после лечения боль уменьшилась, но не смогли определить, какая часть улучшения была вызвана непосредственно перекрытием сосудов.

При хронической боли это принципиально важно.

Интенсивность симптомов может естественным образом колебаться.

На субъективную оценку влияют ожидания пациента, внимание медицинского персонала, изменения физической активности и сопутствующее лечение.

Особую роль играет эффект плацебо.

Он не означает, что человек придумывает или преувеличивает боль. Ожидание облегчения и контекст медицинского вмешательства действительно способны изменять восприятие болевых сигналов.

И чем сложнее и убедительнее выглядит процедура, тем важнее проверить её действие в сравнении с контролем.

Такие исследования уже существуют.

В апреле 2026 года журнал European Radiology опубликовал результаты 12-месячного наблюдения в рандомизированном исследовании 58 пациентов.

Половине участников выполнили эмболизацию, другой половине — имитацию вмешательства.

Через год боль уменьшилась в обеих группах.

Но статистически значимого преимущества настоящей эмболизации исследователи не обнаружили.

Не выявили они и достоверного уменьшения воспалительных изменений синовиальной оболочки по данным МРТ, которое можно было бы связать с активной процедурой.

Ещё более важный контекст появился в систематическом обзоре и метаанализе, опубликованном в European Journal of Radiology в 2026 году.

Авторы объединили данные 22 исследований с участием 633 пациентов.

При анализе изменений до и после эмболизации уменьшение боли выглядело выраженным.

Это не доказывает, что эмболизация не может помогать никому.

Исследования пока относительно небольшие, применяемые материалы и методики различаются, а наиболее подходящие категории пациентов окончательно не определены.

Кроме того, эти контрольные испытания не оценивали именно ту же комбинацию процедуры и быстрорассасывающихся желатиновых микросфер, которую использовали в Берлине.

Поэтому результаты требуют дальнейшей проверки, а не окончательного отказа от идеи.

Но утверждать, что высокая доля улучшений в наблюдательном исследовании уже доказывает эффективность метода, научно некорректно.

Может ли эмболизация заменить эндопротезирование колена

Пока оснований для такого вывода нет.

GAE направлена прежде всего на предполагаемый сосудисто-воспалительный компонент боли.

Она не восстанавливает разрушенный суставной хрящ, не исправляет выраженную деформацию костей и не устраняет механические нарушения при тяжёлом остеоартрозе.

Берлинское исследование также не оценивало, замедляется ли разрушение сустава и уменьшается ли в дальнейшем потребность в эндопротезировании.

Тем не менее существует категория пациентов, для которых поиск альтернатив особенно актуален.

Это люди с сохраняющейся болью, которым недостаточно помогает консервативное лечение, но которые по медицинским или личным причинам не готовы к замене сустава.

В 2026 году американское Society of Interventional Radiology опубликовало позиционный документ, поддерживающий возможность применения эмболизации у тщательно отобранных пациентов.

Одновременно профессиональное общество признало необходимость дополнительных рандомизированных исследований для определения реальной эффективности, безопасности и места процедуры в лечении остеоартроза.

Таким образом, метод уже применяется в специализированной практике, но его доказательная база продолжает формироваться.

Что сегодня действительно важно пациенту с артрозом колена

Главный практический вывод заключается не в необходимости искать клинику, предлагающую эмболизацию.

Исследование напоминает, что выраженность боли при остеоартрозе определяется не только состоянием хряща.

Поэтому и лечение не должно ограничиваться попытками воздействовать исключительно на его повреждение.

Современные рекомендации, включая руководство NICE, рассматривают основой помощи индивидуально подобранные лечебные упражнения и контроль массы тела при её избытке.

При необходимости используются обезболивающие и противовоспалительные препараты с учётом противопоказаний.

Если симптомы существенно ограничивают качество жизни, а консервативные методы недостаточно эффективны, рассматривается возможность эндопротезирования.

Эмболизация может обсуждаться со специалистами как дополнительный вариант в отдельных клинических ситуациях, но пациенту необходимо объяснять неопределённость доказательств её эффективности.

Следующий научный шаг — проведение более крупных исследований, в которых быстрорассасывающиеся микросферы будут сравниваться с имитацией процедуры.

Особенно важно выяснить, существуют ли признаки воспаления или сосудистых изменений, позволяющие заранее определить пациентов, которые действительно получат дополнительную пользу.