Bristol Myers Squibb наращивает продажи ценой инвестиций в новые лекарства

Bristol Myers Squibb повышает прогноз выручки, но снижает прогноз прибыли: цена обновления фармацевтического портфеля

Выручка растёт быстрее ожиданий, но инвестиции в разработки отражаются на прибыли

29 октября 2026 года Bristol Myers Squibb представила результаты третьего квартала. Выручка достигла $13,07 млрд против $12,22 млрд годом ранее, превысив средний прогноз аналитиков, который, по данным LSEG, составлял $12,75 млрд.

Скорректированная прибыль на акцию (EPS) составила $1,35 против ожидавшихся $1,14. Однако годом ранее этот показатель достигал $1,63. Таким образом, компания одновременно превзошла текущие ожидания финансового рынка и зафиксировала снижение квартальной прибыли на 17%.

Прогноз годовой выручки повышен с прежнего диапазона $49-50 млрд до $49,75-50,25 млрд. Середина прогнозного диапазона увеличилась на $500 млн.

С прогнозом прибыли ситуация противоположная. Вместо ожидавшихся ранее $6,75-7 на акцию компания теперь ориентируется на $6,35-6,55.

Причина такого расхождения заключается прежде всего в учёте затрат на приобретённые незавершённые исследования и разработки, обозначаемых в финансовой отчётности как IPRD.

В фармацевтической индустрии компания может приобретать права на молекулу или технологию задолго до появления готового лекарства. Такие соглашения предусматривают первоначальные платежи, а иногда и дополнительные выплаты при достижении определённых научных или регуляторных результатов.

Расходы отражаются в финансовой отчётности сегодня, тогда как коммерческая отдача, если разработка окажется успешной, может появиться только спустя несколько лет.

За третий квартал расходы Bristol Myers Squibb по приобретённым незавершённым разработкам достигли $1,56 млрд против $633 млн годом ранее. Компания связывает их преимущественно с новыми лицензионными соглашениями и действующими исследовательскими партнёрствами.

Совокупное отрицательное влияние этих расходов и лицензионных доходов на квартальную прибыль составило $0,58 на акцию. В годовом прогнозе учтено отрицательное влияние в размере $0,60.

Здесь важна деталь, которую легко упустить при чтении финансовой новости.

Если исключить дополнительные расходы третьего квартала, середина годового прогноза скорректированной прибыли, по оценке финансового директора Дэвида Элкинса, повысилась бы примерно на $0,15 на акцию.

Поэтому снижение опубликованного прогноза не следует автоматически интерпретировать как ухудшение продаж или резкое ослабление основного бизнеса. Однако приобретение разработок тоже представляет собой реальный экономический расход, а будущая прибыль от этих инвестиций не гарантирована.

Eliquis обеспечивает масштаб продаж, пока новые препараты формируют следующую волну роста

Bristol Myers Squibb разделяет коммерческий портфель на две основные группы: портфель роста и зрелые препараты.

Выручка портфеля роста увеличилась на 12%, достигнув $7,66 млрд. Это уже около 59% квартальных продаж компании.

Среди наиболее быстрорастущих продуктов выделяются:

• Breyanzi — клеточная CAR-T-терапия для лечения определённых злокачественных заболеваний крови. Продажи выросли на 46%, до $526 млн.
• Reblozyl (луспатерцепт) — препарат для лечения некоторых форм анемии, включая анемию при миелодиспластических синдромах. Выручка увеличилась на 22%, до $750 млн.
• Camzyos (мавакамтен) — лекарство для лечения обструктивной гипертрофической кардиомиопатии. Продажи выросли на 42%, до $420 млн.
• Opdualag — комбинированная иммунотерапия меланомы. Выручка увеличилась на 23%, до $367 млн.

Эти препараты работают в разных терапевтических направлениях. Для компании такая диверсификация важна, поскольку снижает зависимость от коммерческого успеха одной молекулы.

Однако крупнейшим источником доходов остаётся Eliquis (апиксабан) — антикоагулянт, который Bristol Myers Squibb коммерциализирует совместно с Pfizer.

Квартальная выручка Eliquis выросла на 25%, до $4,69 млрд. Таким образом, один препарат обеспечил примерно 36% всех продаж Bristol Myers Squibb.

Рост оказался особенно выраженным в США, где продажи увеличились на 39%. На международных рынках, напротив, выручка снизилась на 7%.

Это различие важно для оценки будущих результатов. Eliquis пока поддерживает финансовые показатели компании, но в Европе препарат сталкивается с приближающейся и уже начинающей проявляться потерей рыночной эксклюзивности.

Руководство Bristol Myers Squibb ожидает, что в 2027 году сокращение продаж Eliquis вследствие этого процесса может составить $1,5-2 млрд.

Одновременно дженериковая конкуренция уже оказывает существенное давление на другие зрелые препараты. В третьем квартале продажи Revlimid снизились на 47%, а Pomalyst/Imnovid — на 81%.

Именно здесь проявляется основная стратегическая задача компании: новые лекарства должны не просто демонстрировать высокий процентный рост, а постепенно заменять многомиллиардные доходы препаратов, теряющих патентную защиту.

Opdivo и Qvantig показывают, как изменение лекарственной формы перестраивает рынок

Отдельного внимания заслуживает динамика онкологического препарата Opdivo (ниволумаб).

Выручка традиционной внутривенной формы снизилась на 6%, до $2,37 млрд. Одновременно продажи Opdivo Qvantig, подкожной формы ниволумаба с гиалуронидазой, более чем утроились и достигли $334 млн.

Ниволумаб блокирует рецептор PD-1, через который опухолевые клетки могут подавлять активность противоопухолевого иммунного ответа. Блокирование этого механизма помогает иммунной системе распознавать и атаковать опухоль.

Подкожная форма сохраняет основной терапевтический принцип, но меняет способ введения лекарства.

Для пациентов это может означать сокращение времени, необходимого для процедуры. Для онкологических центров — возможность уменьшить нагрузку на инфраструктуру внутривенных инфузий.

Однако коммерческая статистика требует осторожной интерпретации.

Часть роста Qvantig связана с переходом пациентов с внутривенного Opdivo на подкожную форму. Следовательно, снижение продаж одного продукта и увеличение продаж другого не обязательно отражают соответствующее изменение общего числа пациентов, получающих ниволумаб.

Для Bristol Myers Squibb этот переход одновременно представляет собой инструмент развития существующего бренда и способ адаптации организации лечения к потребностям пациентов и медицинских учреждений.

Cobenfy растёт медленнее ожиданий и напоминает о сложности вывода инновационных препаратов

Не все новые направления Bristol Myers Squibb развиваются одинаково успешно.

Продажи Cobenfy достигли $57 млн, увеличившись на 33% в годовом выражении. Однако, согласно анализу Fierce Pharma, результат оказался приблизительно на $11 млн ниже ожиданий аналитиков.

Cobenfy, содержащий ксиномелин и троспия хлорид, был одобрен FDA в 2024 году для лечения шизофрении у взрослых.

Препарат отличается от многих традиционных антипсихотических средств своим механизмом действия. Вместо прямого воздействия на дофаминовые рецепторы его основной компонент активирует определённые мускариновые ацетилхолиновые рецепторы в центральной нервной системе.

Такой подход расширяет возможности фармакологического лечения шизофрении, но принципиально новый механизм сам по себе не гарантирует быстрого коммерческого распространения.

Руководство Bristol Myers Squibb признаёт, что назначение Cobenfy ограничивают несколько факторов: недостаточно быстрый приток новых пациентов, необходимость повторных назначений и трудности с переносимостью препарата в начале лечения.

Особое значение имеют тошнота и рвота, которые могут осложнять постепенное повышение дозы до терапевтически эффективного уровня.

Кроме того, на квартальную выручку повлияло сокращение товарных запасов у участников системы поставок.

Для компании Cobenfy остаётся стратегически важным активом ещё и потому, что исследуется при психотических симптомах, связанных с болезнью Альцгеймера.

Результаты соответствующих исследований III фазы ожидаются в 2027 году.

Однако эффективность и безопасность препарата при шизофрении нельзя автоматически переносить на пожилых пациентов с деменцией. Другая клиническая ситуация, сопутствующие заболевания и особенности переносимости требуют самостоятельной оценки.

Это показательный пример различия между научной новизной, клинической ценностью и коммерческим успехом: все три характеристики связаны между собой, но не являются взаимозаменяемыми.

Следующий этап роста зависит от результатов исследований, а не только от приобретения новых молекул

Bristol Myers Squibb продолжает расширять портфель перспективных разработок через собственные исследования, лицензирование и партнёрства.

Одним из подтверждённых достижений стало ускоренное одобрение FDA в августе 2026 года препарата Zenbexus (ибердомид) в комбинации с другими средствами для лечения определённых пациентов с рецидивирующей или рефрактерной множественной миеломой.

Ибердомид относится к новому классу препаратов, воздействующих на систему регулируемого разрушения белков через белок цереблон. Такой механизм позволяет изменять активность внутриклеточных белков, участвующих в развитии заболевания.

Ускоренное одобрение открывает возможность применения терапии у соответствующих пациентов, но предполагает дальнейшее подтверждение клинической пользы.

Другим потенциальным направлением роста остаётся милвексиан — экспериментальный антикоагулянт, разрабатываемый совместно с Johnson & Johnson.

В отличие от апиксабана, который ингибирует фактор Xa свёртывания крови, милвексиан подавляет фактор XIa. Предполагается, что такой подход позволит предупреждать тромбозы при более благоприятном соотношении эффективности и риска кровотечений.

Но это пока клиническая гипотеза, а не установленное преимущество.

В исследовании LIBREXIA ACS, результаты которого были опубликованы в августе 2026 года, милвексиан не снизил частоту серьёзных сердечно-сосудистых событий у пациентов после острого коронарного синдрома при добавлении к стандартной антитромбоцитарной терапии.

Исследования препарата при фибрилляции предсердий и для профилактики повторного инсульта продолжаются. Данные программы при фибрилляции предсердий компания ожидает в 2027 году.

Ещё одним напоминанием о рисках инновационных разработок стала ситуация с золакатагеном аутолейцелом (zola-cel), экспериментальной CAR-T-терапией аутоиммунных заболеваний.

Bristol Myers Squibb ранее приостановила набор участников в исследования, чтобы проанализировать данные безопасности. Компания сообщила, что обнаружила проблему, связанную с реагентом, применявшимся в производственном процессе, и внесла необходимые изменения.

При этом был также раскрыт случай смерти пациента, получавшего экспериментальную терапию в исследовании рассеянного склероза. Не следует автоматически отождествлять этот случай с выявленной производственной проблемой.

Компания рассчитывает возобновить набор участников в начале 2027 года после взаимодействия с FDA.

Эта ситуация показывает, почему перспективные результаты ранних исследований клеточной терапии ещё не позволяют делать окончательные выводы о соотношении пользы и риска.

Рост расходов на инновации не отменяет необходимости защищать рентабельность

Уверенный рост выручки Bristol Myers Squibb сопровождается изменением экономики продаж.

В третьем квартале скорректированная валовая рентабельность снизилась с 72,9% до 68,4%.

Компания объясняет это прежде всего изменением структуры продуктового портфеля, а также разовыми расходами, связанными с прекращением одного из контрактов.

Это существенное обстоятельство. Даже если расходы на приобретённые разработки объясняют основную часть пересмотра прогноза прибыли, снижение валовой рентабельности указывает на самостоятельные операционные факторы.

Для оценки долгосрочной устойчивости недостаточно наблюдать только за ростом продаж новых препаратов.

Не менее важно, насколько прибыльными окажутся эти продажи, каких затрат потребует их коммерциализация и смогут ли они компенсировать снижение доходов от зрелых брендов.

Bristol Myers Squibb сохраняет годовой прогноз скорректированной валовой рентабельности на уровне 69-70% и рассчитывает на повышение эффективности операций.

По словам финансового директора, программа повышения производительности должна обеспечить около $2 млрд экономии к концу 2027 года.

Финансовые результаты компании становятся отражением двух параллельных процессов: необходимости финансировать следующее поколение лекарств и необходимости поддерживать экономическую эффективность действующего бизнеса.

Пациенты почувствуют последствия этой трансформации не сразу

Квартальный отчёт фармацевтической компании не меняет клинические рекомендации и сам по себе не означает появления новых вариантов лечения.

Однако решения, стоящие за финансовыми показателями, постепенно влияют на медицинскую практику.

Развитие подкожных форм иммунотерапии может сделать лечение удобнее и снизить нагрузку на инфузионные центры. Расширение применения клеточной терапии способно увеличить число пациентов, для которых существуют специализированные лечебные подходы.

Новые средства для лечения миеломы, психических расстройств и сердечно-сосудистых заболеваний могут расширить терапевтические возможности, если их эффективность, безопасность и клиническая ценность будут убедительно подтверждены.

При этом доступность инноваций зависит не только от регуляторного одобрения, но и от стоимости, решений о возмещении расходов, производственных мощностей и готовности системы здравоохранения применять соответствующие технологии.

Потеря патентной эксклюзивности, напротив, может создавать предпосылки для удешевления терапии за счёт дженериковой конкуренции.

Для системы здравоохранения оба процесса имеют значение. Инновации расширяют возможности лечения, а конкуренция после окончания патентной защиты потенциально делает ранее дорогие препараты доступнее.