Как капитан Кирк полетел в космос по-настоящему — в 90 лет

Десятиминутный полёт Уильяма Шетнера показал, почему паспортный возраст не может быть единственным критерием оценки возможностей человека

Капитан Кирк выходит за пределы телевизионного экрана

13 октября 2021 года. Западный Техас, США. На стартовой площадке частной космической компании Blue Origin готовится к запуску ракета New Shepard.

Среди четырёх пассажиров — мужчина, которого несколько поколений зрителей привыкли видеть на капитанском мостике космического корабля «Энтерпрайз».

Уильяму Шетнеру 90 лет.

В 1966 году он впервые появился на американском телевидении в роли капитана Джеймса Тиберия Кирка. Его персонаж исследовал далёкие миры, встречался с неизвестными цивилизациями и постоянно сталкивался с опасностями космоса.

Спустя 55 лет после премьеры сериала фантастика неожиданно встретилась с действительностью.

Правда, на этот раз Шетнер не управлял кораблём. New Shepard представлял собой полностью автоматизированную суборбитальную систему, не требовавшую пилота на борту.

Для актёра, десятилетиями изображавшего командира межзвёздной экспедиции, роль обычного пассажира оказалась совершенно новым опытом.

Десять минут между Землёй и космосом

В 09:49 по местному времени ракета стартовала с площадки Launch Site One неподалёку от города Ван-Хорн.

На борту находились четыре человека:

• Уильям Шетнер: актёр, исполнивший роль капитана Кирка.
• Одри Пауэрс (Audrey Powers): руководитель полётных операций Blue Origin.
• Крис Босхёйзен (Chris Boshuizen): предприниматель и сооснователь спутниковой компании Planet Labs.
• Глен де Врис (Glen de Vries): предприниматель, сооснователь компании Medidata Solutions.

Капсула достигла высоты приблизительно 106 километров над стартовой площадкой.

Это выше линии Кармана — условной границы космоса, проходящей на высоте 100 километров над уровнем моря.

На несколько минут пассажиры оказались в состоянии невесомости и смогли увидеть Землю через большие иллюминаторы.

Затем капсула начала снижение и благополучно приземлилась на парашютах в техасской пустыне.

По официальным данным Blue Origin, от старта до посадки прошло 10 минут 17 секунд.

Важно понимать масштаб события. Шетнер не совершал орбитального полёта, не провёл несколько суток в невесомости и не подвергался длительному воздействию космической среды.

Но даже такой короткий полёт включал физические нагрузки, существенно отличающиеся от обычного авиаперелёта.

И именно здесь история капитана Кирка становится интересной для медицины.

Рекорд, который изменил представление о возрасте космических путешественников

В день полёта Шетнеру исполнилось 90 лет и 205 дней.

Предыдущий рекорд принадлежал американскому астронавту Джону Гленну (John Glenn), который в октябре 1998 года отправился на орбиту на шаттле Discovery в возрасте 77 лет.

Причём полёт Гленна был значительно продолжительнее и сложнее: он участвовал в многодневной орбитальной миссии STS-95.

Поэтому сравнивать эти достижения непосредственно с медицинской точки зрения неправильно.

Они предполагают принципиально разные условия воздействия на организм.

Однако символическое значение рекорда Шетнера оказалось огромным.

Космическая отрасль, которая исторически отбирала преимущественно молодых и физически подготовленных профессионалов, начала допускать к полётам людей совершенно другого возраста и жизненного опыта.

Правда, рекорд Шетнера оказался не окончательным.

19 мая 2024 года американец Эд Дуайт (Ed Dwight) совершил суборбитальный полёт на New Shepard в возрасте 90 лет и 253 дней.

Это на 48 дней больше возраста Шетнера во время его полёта.

Таким образом, уже два человека старше 90 лет продемонстрировали возможность кратковременного пребывания в космосе.

Но два успешных случая — ещё не доказательство безопасности подобных путешествий для всей возрастной группы.

Что происходит с организмом во время суборбитального полёта

Главная медицинская проблема такого путешествия — не кратковременная невесомость сама по себе.

Значительную роль играют перегрузки при разгоне ракеты и возвращении капсулы в плотные слои атмосферы.

Перегрузку принято выражать через величину g — отношение действующего ускорения к обычному ускорению свободного падения у поверхности Земли.

При нагрузке 3g тело испытывает воздействие, эквивалентное трёхкратному увеличению его веса в соответствующем направлении.

Однако физиологические последствия зависят не только от величины перегрузки, но и от её направления, продолжительности и положения человека.

Для сердечно-сосудистой системы особенно важно, как меняется распределение крови между сердцем и головным мозгом.

При неблагоприятном сочетании факторов возможны нарушения зрения, головокружение, снижение кровоснабжения мозга и, в крайних случаях, потеря сознания.

У пожилых людей дополнительные вопросы вызывают состояние сосудов, нарушения сердечного ритма, артериальное давление, сопутствующие заболевания и принимаемые лекарства.

Но означает ли это, что после определённого возраста подобные нагрузки становятся недопустимыми?

Научные данные не позволяют провести такую простую границу.

В 2014 году исследователи опубликовали в журнале Aviation, Space, and Environmental Medicine результаты эксперимента с использованием центрифуги, воспроизводившей профили перегрузок коммерческих космических полётов.

В исследовании участвовали 86 добровольцев в возрасте от 20 до 78 лет.

Среди них были люди с контролируемыми сердечно-сосудистыми, лёгочными и метаболическими заболеваниями.

Участники проходили испытания с различными направлениями и уровнями перегрузок.

Интересная деталь: 69% сообщили о временном потемнении в глазах или сходных зрительных симптомах, а 20% — о тошноте.

При этом исследователи не зарегистрировали значимых неблагоприятных физиологических реакций, которые свидетельствовали бы о непереносимости испытанных профилей в этой отобранной группе.

Это не означает, что перегрузки безопасны для каждого человека с хроническим заболеванием.

Добровольцы проходили предварительный отбор, тяжёлые и неконтролируемые состояния служили основанием для исключения, а самому старшему участнику было 78 лет.

Кроме того, центрифуга не воспроизводит все риски настоящего космического полёта.

Тем не менее исследование поддержало важный принцип: медицинские возможности человека необходимо оценивать индивидуально, а не исключительно по числу прожитых лет.

В одной капсуле встретились космический туризм и фармацевтическая индустрия

У полёта Шетнера была ещё одна примечательная деталь, которая практически затерялась за историей знаменитого актёра.

Одним из его попутчиков оказался Глен де Врис — сооснователь Medidata Solutions.

Для специалистов фармацевтической индустрии это имя имеет самостоятельное значение.

Компания Medidata, основанная в 1999 году, стала одним из заметных участников цифровой трансформации клинических исследований.

Её программные платформы позволяют собирать и обрабатывать данные клинических испытаний, управлять исследовательскими процессами и организовывать взаимодействие между спонсорами исследований, исследовательскими центрами и другими участниками разработки лекарств.

Сегодня Medidata входит в группу Dassault Systèmes.

Получается любопытное историческое совпадение.

В одной космической капсуле находились человек, который десятилетиями формировал массовые представления о будущем космических путешествий, и предприниматель, участвовавший в создании цифровой инфраструктуры современной разработки лекарств.

Один представлял культурный образ будущего.

Другой помогал строить технологическую систему, без которой трудно представить современную фармацевтическую индустрию.

Для медицинского сообщества это совпадение напоминает о более широкой тенденции: новые технологии постепенно расширяют круг людей, которым становятся доступны занятия и процедуры, прежде предназначавшиеся исключительно для тщательно отобранных специалистов.

Но расширение доступа неизбежно требует новых подходов к оценке индивидуального риска.

Вместо восторга — неожиданное чувство утраты

Самым запоминающимся моментом путешествия стала реакция Шетнера после возвращения.

Когда капсула приземлилась, актёр вышел наружу и начал рассказывать основателю Blue Origin Джеффу Безосу (Jeff Bezos) о том, что увидел.

Шетнер был заметно взволнован.

Но его впечатления оказались совсем не похожи на привычные рассказы о величии космоса.

Вместо бесконечного пространства, полного загадок и возможностей, он увидел резкий контраст между чёрной пустотой космоса и тонкой голубой оболочкой Земли.

Его поразила хрупкость атмосферы, поддерживающей жизнь.

Впоследствии, в книге Boldly Go: Reflections on a Life of Awe and Wonder, опубликованной в 2022 году, Шетнер признался, что полёт вызвал у него не столько восторг, сколько глубокую печаль.

Он ожидал увидеть красоту Вселенной, но сильнее всего почувствовал ценность Земли.

Эта реакция напоминает явление, которое исследователи называют эффектом обзора (overview effect).

Так обозначают изменение восприятия Земли и собственного места в мире, о котором рассказывают некоторые люди после наблюдения планеты из космоса.

Для многих участников космических миссий планета перестаёт восприниматься как совокупность отдельных стран и территорий.

Вместо этого возникает образ единой, ограниченной и уязвимой системы.

Однако важно различать личные свидетельства и научные доказательства.

Эффект обзора изучается преимущественно через интервью, психологические наблюдения и самоотчёты космических путешественников. Его выраженность, продолжительность и последствия могут существенно различаться.

Поэтому переживание Шетнера нельзя автоматически распространять на всех будущих космических туристов.

Тем не менее его рассказ показал, что даже десятиминутное путешествие может стать исключительно сильным эмоциональным событием.

Почему эта история важна сегодня

Полет Шетнера обозначил проблему, которая становится всё актуальнее для коммерческой космонавтики и авиационно-космической медицины.

Профессиональных астронавтов десятилетиями отбирали по строгим медицинским критериям.

Коммерческая космонавтика постепенно расширяет потенциальную аудиторию: среди пассажиров могут оказаться люди старшего возраста, с хроническими заболеваниями и различным уровнем физической подготовки.

Для врачей возникает принципиально новая задача.

Нужно оценить не абстрактную пригодность человека к профессии астронавта, а вероятность того, что конкретный человек сможет перенести конкретный профиль полёта.

При этом учитываются:

• Состояние сердечно-сосудистой системы и её способность реагировать на перегрузки.
• Функция дыхательной системы.
• Наличие и степень контроля хронических заболеваний.
• Лекарственная терапия и возможное влияние препаратов на переносимость нагрузок.
• Особенности вестибулярного аппарата.
• Продолжительность полёта и ожидаемые физические воздействия.
• Возможности оказания медицинской помощи при нештатной ситуации.

Особого внимания заслуживает регулирование отрасли.

Американское Федеральное управление гражданской авиации (FAA) ещё в 2006 году подготовило рекомендации по медицинскому обследованию пассажиров коммерческих космических полётов.

Однако существование рекомендаций не означает, что для всех участников установлены единые обязательные медицинские стандарты, аналогичные требованиям к профессиональным астронавтам.

Более того, FAA прямо разъясняет важное ограничение действующей американской модели регулирования.

Ведомство лицензирует коммерческие запуски, но не сертифицирует космические аппараты как безопасные для перевозки людей.

Операторы обязаны информировать участников о рисках, включая известные опасности и возможность возникновения ещё неизвестных.

Иными словами, информированное согласие пассажира занимает важное место в системе регулирования.

Но согласие принять риск не означает, что этот риск полностью изучен.

Для медицинской и фармацевтической индустрии здесь возникает важная параллель с клиническими исследованиями.

Когда новая технология начинает применяться в более широкой популяции, результаты, полученные на небольшой группе предварительно отобранных людей, нельзя автоматически переносить на всех потенциальных пользователей.

Особенно если речь идёт о людях старшего возраста и пациентах с сопутствующими заболеваниями.

Та же методологическая проблема возникает при оценке эффективности и безопасности лекарств: результаты исследований зависят от того, кого включали в испытания и насколько эта группа соответствует реальным пациентам.

Случай Шетнера демонстрирует возможность успешного кратковременного космического полёта в 90 лет.

Но он ничего не сообщает о частоте осложнений среди всех 90-летних пассажиров.

Для таких выводов необходимы систематические медицинские наблюдения, достаточно большие группы участников и данные о неблагоприятных событиях.

Пять лет спустя после полёта капитана Кирка ключевой вопрос заключается уже не в том, способен ли хотя бы один 90-летний человек побывать в космосе.

На этот вопрос история ответила положительно.

Гораздо важнее понять, какие характеристики здоровья позволяют совершать подобные путешествия с приемлемым риском и каким должен быть медицинский отбор.