Merck заплатила $400 млн за экспериментальный ингибитор KRAS G12D

Merck платит $400 млн за доклинический препарат: борьба за KRAS G12D выходит на новый уровень

$2,13 млрд — это потолок сделки, а не цена, которую Merck платит сегодня

Merck заключила с китайской SciBrunch Therapeutics соглашение об эксклюзивном глобальном лицензировании SPR2015. Американская компания получает права разрабатывать, производить и коммерциалировать препарат во всём мире.

Финансовая конструкция сделки принципиальна для её понимания. SciBrunch получает $400 млн авансом. Ещё до $1,73 млрд могут быть выплачены при достижении определённых этапов разработки, коммерциализации и других предусмотренных соглашением целей. Таким образом, часто фигурирующие в заголовках $2,13 млрд — максимальная потенциальная стоимость сделки, а не сумма, которую Merck уже передала разработчику.

Для Merck непосредственная финансовая нагрузка пока существенно меньше: компания сообщила, что отразит $400 млн расходов до налогообложения в результатах третьего квартала 2026 года, что соответствует примерно $0,13 на акцию.

Но даже $400 млн авансом — значительная ставка для молекулы, ещё не дошедшей до испытаний на пациентах. Именно стадия разработки делает соглашение особенно показательным.

KRAS десятилетиями считался почти недоступной лекарственной мишенью

KRAS — один из центральных белков сигнальной системы, управляющей ростом и выживанием клетки. В нормальном состоянии он способен переключаться между активной и неактивной формами. Определённые мутации нарушают этот механизм и заставляют сигнальный путь постоянно передавать клетке команду к росту.

В варианте G12D в двенадцатой позиции белка аминокислота глицин заменена на аспартат. Такая, казалось бы, небольшая молекулярная перемена способна поддерживать KRAS в состоянии патологической активности и тем самым способствовать росту опухоли.

Мишень давно известна, но превратить знание о ней в лекарство оказалось исключительно трудно. Структура KRAS плохо подходила для связывания традиционных малых молекул, поэтому этот белок много лет приводили как пример практически «недоступной для лекарств» онкологической мишени.

Ситуация начала меняться с появлением препаратов против KRAS G12C. Их разработка показала, что отдельные мутантные формы KRAS всё-таки можно фармакологически блокировать. Однако G12C — лишь один вариант мутации, особенно значимый при немелкоклеточном раке лёгкого. Для рака поджелудочной железы и колоректального рака гораздо важнее G12D.

По данным крупных геномных выборок, KRAS G12D составляет около 29% всех выявляемых вариантов KRAS. Частота существенно различается между опухолями: особенно высока она при аденокарциноме поджелудочной железы, а заметная группа пациентов существует и при колоректальном раке.

Поэтому успешный препарат против G12D потенциально адресует не узкую молекулярную нишу, а значительную популяцию пациентов с несколькими распространёнными и трудно поддающимися лечению опухолями.

SPR2015 пытается атаковать KRAS именно в активном состоянии

SciBrunch описывает SPR2015 как селективный ингибитор активной формы KRAS G12D и относит его к так называемым молекулярным клеям.

Молекулярный клей — небольшая молекула, которая помогает сформировать или стабилизировать взаимодействие между белками, которое без неё было бы слабым или вообще не возникало. В онкологии этот принцип позволяет вмешиваться в работу мишеней, которые трудно блокировать обычным способом.

Здесь особенно важна пометка «ON». Белки семейства RAS существуют в динамическом цикле между активным и неактивным состояниями. Опухолевые клетки с мутациями KRAS способны проводить значительную часть времени именно в активном состоянии. Поэтому препараты нового поколения всё чаще проектируют так, чтобы непосредственно связывать и подавлять активный RAS, а не ждать перехода белка в неактивную конфигурацию.

По данным SciBrunch, SPR2015 проявлял активность в наномолярных концентрациях в клеточных линиях с KRAS G12D и сохранял селективность по отношению к немутированному KRAS.

На ежегодном конгрессе Американской ассоциации исследований рака AACR в 2026 году компания представила доклинические результаты SPR2015 при колоректальном раке. В экспериментальных моделях препарат подавлял рост KRAS G12D-положительных опухолей, в том числе в моделях, созданных из опухолевой ткани пациентов.

Это важный биологический сигнал, но пока именно доклинический.

Клеточная культура и опухоль, выращенная у экспериментального животного, не воспроизводят всей сложности человеческого заболевания. Они не позволяют установить ни реальную противоопухолевую эффективность у пациентов, ни оптимальную дозу, ни профиль токсичности препарата. История онкологии знает множество соединений с впечатляющими результатами на доклинической стадии, которые затем не подтвердили ожиданий в клинических исследованиях.

Merck входит в гонку, которая уже переместилась в клинику

SPR2015 развивается не в пустом конкурентном пространстве. KRAS G12D стал одной из наиболее активно разрабатываемых мишеней современной прецизионной онкологии.

Один из наиболее продвинувшихся конкурентов — золдонарасиб компании Revolution Medicines, также предназначенный для подавления активного RAS G12D. Он уже исследуется у пациентов, включая больных метастатическим раком поджелудочной железы, как самостоятельно, так и в комбинациях.

Параллельно разрабатываются другие подходы: ингибиторы отдельных вариантов KRAS, препараты с более широким действием против нескольких форм KRAS или RAS, клеточная терапия с генетически модифицированными T-лимфоцитами и комбинации, предназначенные для блокирования путей лекарственной устойчивости.

Это меняет смысл сделки Merck. Компания покупает не эксклюзивный доступ к новой научной идее, а возможность войти в быстро формирующийся терапевтический класс с молекулой, которая должна будет доказать преимущества перед конкурентами.

Одной противоопухолевой активности будет недостаточно. Значение будут иметь переносимость, возможность поддерживать достаточную концентрацию препарата, глубина и продолжительность ответа, работа при разных типах опухолей и эффективность комбинаций.

Особенно сложным испытанием может стать колоректальный рак. Опыт разработки других ингибиторов KRAS показывает, что одна и та же мутация не гарантирует одинаковой чувствительности опухолей разных органов. После подавления KRAS опухолевая клетка способна активировать обходные сигнальные пути, частично восстанавливая рост. Поэтому биология конкретной опухоли может оказаться не менее важной, чем сама мутация.

За SPR2015 стоит более крупная проблема Merck — жизнь после Keytruda

У сделки есть и очевидная корпоративная логика.

В 2025 году продажи Keytruda и её подкожной формы Keytruda Qlex достигли $31,7 млрд — почти половины всех мировых продаж Merck. Компания ожидает, что конкуренция со стороны биоаналогов Keytruda может начаться в США в конце 2028 года.

Для фармацевтической компании такая концентрация выручки на одном продукте создаёт стратегическую задачу: новые источники роста должны появиться раньше, чем начнётся существенное снижение продаж главного препарата.

Поэтому Merck расширяет онкологический портфель сразу по нескольким направлениям, включая антитело-лекарственные конъюгаты, персонализированные противоопухолевые вакцины и таргетные препараты.

SPR2015 вписывается в эту стратегию, но не является быстрым решением проблемы Keytruda. Молекула ещё должна пройти весь путь клинической разработки. Даже при благоприятном сценарии между сегодняшней лицензией и возможным выходом препарата на рынок лежат годы исследований.

Именно поэтому Merck формирует широкий портфель ставок, а не пытается найти единственного наследника Keytruda.

Китайские биотехнологии становятся источником всё более ранних глобальных активов

Есть ещё один слой этой сделки, выходящий за пределы конкретного препарата.

SciBrunch — чрезвычайно молодая компания: она была создана в Шанхае в конце 2024 года. В июне 2025 года компания привлекла более 200 млн юаней в рамках ангельского раунда, а в январе 2026 года сообщила о новом раунде более чем на $35 млн; суммарно два раунда принесли около $65 млн.

Менее чем через два года после основания компания смогла передать глобальные права на один из своих доклинических активов Merck за $400 млн авансом и потенциальные выплаты до $2,13 млрд.

Это хороший пример более широкой трансформации китайской биотехнологической отрасли. Международные фармацевтические компании всё чаще рассматривают китайские разработки не только как локальные продукты для последующего переноса на другие рынки, но как потенциально глобальные активы, которые можно включать в собственные портфели ещё на ранней стадии.

При этом сама SciBrunch не передаёт Merck весь свой портфель. У компании остаются, в частности, ингибитор PARP1 SPR1020, уже перешедший в клиническую разработку, программа против KRAS G12V и другие проекты. Таким образом, лицензирование SPR2015 одновременно приносит молодой компании значительный капитал и позволяет сохранить самостоятельный портфель разработок.

Для пациентов главное испытание SPR2015 ещё даже не началось

С практической точки зрения сделка пока ничего не меняет в лечении человека с KRAS G12D-положительной опухолью. SPR2015 не является одобренным лекарством и пока не имеет клинических данных.

Но происходящее меняет саму структуру разработки терапии для этой группы пациентов.

Ещё недавно обнаружение KRAS G12D прежде всего объясняло биологию опухоли и ограничивало применение некоторых видов таргетной терапии. Теперь эта конкретная мутация превращается в непосредственную лекарственную мишень сразу для нескольких конкурирующих программ.

Следующий действительно важный рубеж для SPR2015 — не размер сделки, а первые исследования на людях. Они должны показать, достигает ли препарат необходимых концентраций в организме, можно ли безопасно блокировать мишень, наблюдается ли уменьшение опухолей и насколько устойчивым оказывается эффект.

Если эти сигналы появятся, следующим вопросом станет различие между типами рака. Препарат против одной и той же мутации может работать по-разному при опухоли поджелудочной железы, толстой кишки и лёгкого из-за различий в окружающей опухоль ткани и альтернативных сигнальных путях.

Именно клинические данные, а не сегодняшняя оценка сделки, определят реальную ценность SPR2015.