После ужесточения контроля месячные продажи габапентина в России упали примерно в четыре раза. Прегабалин растёт, но компенсирует лишь небольшую часть исчезнувшего объёма - рынок двух молекул заметно сократился.
Российская фармрозница выросла до 1,34 трлн руб., хотя продажи в упаковках снизились на 2,9%. Разбираем, как дорогие препараты, рецептурный сегмент и GLP-1 меняют экономику аптечного рынка.
Закупки ингибиторов CDK4/6 за восемь месяцев 2026 года выросли на 38% в деньгах и на 52% в упаковках. Палбоциклиб обошёл рибоциклиб, а физический объём рынка растёт быстрее расходов.
В августе тендерный рынок лекарств снизился на 8,6%, но за общей цифрой скрывается концентрация миллиардов в федеральных программах и дорогой терапии. Разбираем, кто получает деньги и почему отдельные препараты растут в разы.
Продажи лекарств в российских аптеках растут двузначными темпами в рублях, хотя число упаковок не увеличивается. Рынок смещается к более дорогим препаратам, а дешевые лекарства теряют долю в выручке.
Продажи препаратов от эректильной дисфункции выросли на 11% в рублях, но лишь на 2% в упаковках. За региональным рейтингом скрывается более важный сдвиг: российские препараты растут, тогда как импорт теряет физический объём.
За январь–август 2026 года отменено 140,5 тыс. лекарственных тендеров на 205,3 млрд рублей. Главный сигнал - не сама сумма отмен, а масштаб закупок, где заказчик фактически не получил конкурентного предложения.
Продажи спазмолитиков в России выросли в рублях, но снова снизились в упаковках. Разбираем, что происходит с Но-Шпой, Дюспаталином, дженериками мебеверина и почему денежный рост уже не означает роста потребления.