В 1956 году женщины Пуэрто-Рико участвовали в крупных испытаниях гормонального контрацептива, из которого вырос Enovid. История первой противозачаточной таблетки стала одновременно историей фармакологии, безопасности лекарств и клинической этики.
За неполные два года фармацевтические компании заключили 58 крупных соглашений в сфере ИИ. Алгоритмы уже ускоряют поиск молекул, но решающая проверка начинается там, где препарат должен доказать эффективность у людей.
DNL343 воздействовал на механизм клеточного стресса и проникал в центральную нервную систему, но не замедлил прогрессирование БАС. Результат помогает понять, почему убедительная биология не всегда превращается в эффективное лечение.
Исследования медицинского ИИ растут стремительно, но лишь малая часть технологий проверена в рандомизированных испытаниях. Разбираемся, почему точность алгоритма еще не означает доказанной пользы для пациента.
Две смерти детей после экспериментальной генной терапии в Китае обнажили проблемы ускоренных IIT-испытаний. Разбираем, почему регуляторы усилили надзор и где проходит граница между скоростью разработки и безопасностью пациентов.
Novo Nordisk остановила два исследования III фазы зилтивекимаба после неудачи ZEUS. Разбираем, почему глубокое подавление воспаления не снизило риск инфаркта и инсульта и что это значит для кардиологии.
Российские препараты на основе онколитических вирусов переходят от первых сигналов безопасности к проверке эффективности. Разбираем, как работает технология, почему II фаза требует сотен миллионов рублей и какие вопросы остаются открытыми.
Processa Pharmaceuticals приобретает Vidya Therapeutics и одновременно привлекает около $200 млн. Сделка показывает, как перспективные клинические программы сталкиваются с ценой размывания капитала и риском для текущих акционеров.