Для риска рака груди важно не только сколько вы весите, но и когда

Один и тот же высокий BMI в 20 лет и после менопаузы связан с риском рака груди в противоположных направлениях — новое исследование показывает, какую роль здесь может играть структура ткани молочной железы

33 тысячи женщин и больше десяти лет наблюдений

Работа опубликована 17 сентября 2026 года в British Journal of Cancer. Исследователи использовали данные британской программы PROCAS — Predicting Risk of Cancer at Screening.

В анализ вошли женщины в постменопаузе, участвовавшие в программе маммографического скрининга в Большом Манчестере.

Участницы сообщали свой вес примерно в возрасте 20 лет. На основании этого и указанного роста исследователи рассчитывали ранний BMI. Уже при включении в исследование, когда медианный возраст женщин составлял около 61 года, оценивался их нынешний BMI и выполнялась маммография.

Медиана наблюдения составила 10,44 года. За этот период было зарегистрировано 1261 заболевание раком груди.

После поправки на ряд факторов каждые дополнительные 5 кг/м² BMI в 20 лет были связаны с отношением рисков HR 0,849 — то есть приблизительно с 15% меньшим относительным риском постменопаузального рака груди.

Для BMI в зрелом возрасте направление было противоположным: HR составлял 1,199 на каждые дополнительные 5 кг/м² — приблизительно на 20% выше относительный риск.

Это наблюдение само по себе не было совершенно новым. Обратную связь между большей массой тела в детстве или ранней взрослой жизни и последующим риском рака груди замечали и раньше.

Новым был следующий вопрос: что происходит между этими двумя точками жизни?

Возможная разгадка видна на маммограмме

Исследователи обратили внимание на маммографическую плотность.

Молочная железа состоит не только из жировой ткани. В ней есть фиброзная и железистая ткань. На маммограмме она выглядит более плотной, поэтому и возник термин «плотность груди».

Высокая маммографическая плотность — самостоятельный фактор риска рака молочной железы.

У женщин, имевших более высокий BMI в 20 лет, спустя десятилетия процентная плотность груди в среднем была ниже.

Разница была заметной даже при простом сравнении групп. Медианная процентная плотность составляла около 29% среди женщин, чей BMI в 20 лет был ниже 18,5 кг/м², и около 11% среди тех, у кого он составлял 30 кг/м² или больше.

Но одного такого сравнения недостаточно: BMI в молодости связан с BMI позднее, а нынешняя масса тела тоже влияет на маммографическую картину.

Поэтому авторы применили специальный медиаторный анализ — статистический подход, позволяющий проверить, какая часть связи между фактором и заболеванием может проходить через промежуточное звено.

В данном случае цепочка выглядела так:

BMI в 20 лет → маммографическая плотность спустя десятилетия → риск постменопаузального рака груди.

Вот где парадокс становится особенно интересным

После учёта BMI в более позднем возрасте исследователи рассчитали, что различия в процентной маммографической плотности могут объяснять около 60% обратной связи между BMI в 20 лет и последующим риском рака груди.

Именно здесь находится главный результат работы.

Речь идёт не просто о том, что «вес в молодости каким-то образом защищает от рака». Исследование предполагает гораздо более конкретную цепочку: условия, в которых развивается молочная железа в молодом возрасте, могут быть связаны с её структурой десятилетия спустя, а эта структура — с последующим риском опухоли.

Но цифру 60% нельзя воспринимать как точное измерение механизма.

Доверительный интервал для доли опосредованной связи оказался очень широким — от 32,6% до 150%. Сами авторы подчёркивают: этот показатель следует воспринимать скорее как свидетельство направления и приблизительной величины эффекта, а не как точную долю биологического механизма.

«Плотная грудь» оказалась не одним показателем

У исследования есть ещё один менее очевидный, но важный результат.

Авторы измеряли маммографическую плотность двумя способами.

Первый — процентная плотность: какую долю площади груди составляет плотная ткань по отношению ко всей груди.

Второй — абсолютный объём фиброзно-железистой ткани.

На первый взгляд кажется, что оба показателя должны рассказывать примерно одну и ту же историю.

Оказалось, что нет.

Процентная плотность сохраняла связь с BMI в 20 лет даже после учёта BMI в зрелом возрасте. Именно она лучше отражала возможный долговременный след ранней массы тела.

Абсолютный объём фиброзно-железистой ткани, напротив, был значительно сильнее связан с BMI в более позднем возрасте.

Получается, маммограмма может одновременно отражать разные этапы жизни женщины.

Процентное соотношение тканей, возможно, в большей степени сохраняет след развития молочной железы в молодости. Абсолютный объём железистой ткани сильнее реагирует на более поздние метаболические изменения.

Вес — это не только «сколько», но и «когда»

Это и есть момент, который меняет привычное представление о факторах риска.

Организм в 20 и в 60 лет — не одна и та же биологическая система, просто постаревшая на четыре десятилетия.

Молочная железа проходит периоды интенсивного развития, особенно во время полового созревания и ранней взрослой жизни. Воздействия в этот период потенциально способны изменить её тканевую архитектуру на очень долгий срок.

Авторы обсуждают несколько возможных механизмов: особенности гормональной среды во время развития груди, изменения воздействия эстрогенов и прогестерона, инсулиноподобного фактора роста и пролактина.

Но эти механизмы пока не установлены окончательно.

После менопаузы ситуация становится другой. Жировая ткань превращается в важный источник образования эстрогенов из андрогенов. С более высокой жировой массой также связаны инсулинорезистентность, метаболические изменения и хроническое воспаление жировой ткани.

Поэтому биологическое значение большей жировой массы может зависеть от того, на каком этапе жизни она присутствует.

Почему из исследования нельзя сделать вывод «лишний вес защищает»

Это принципиальное ограничение.

Исследование не было экспериментом. Учёные не распределяли женщин по группам с разным весом и не проверяли, кто впоследствии заболеет. Они анализировали связи внутри наблюдательной когорты.

Поэтому HR 0,849 означает ассоциацию, а не доказанный защитный эффект более высокого BMI.

Более того, вес в возрасте 20 лет участницы вспоминали спустя десятилетия. Такая ретроспективная оценка неизбежно допускает ошибку памяти.

Есть и другие ограничения.

Большинство участниц были белыми женщинами, поэтому результаты нельзя автоматически переносить на все этнические группы. Участницы PROCAS посещали программу маммографического скрининга и могут отличаться от женщин, не участвующих в скрининге. Не исключено влияние факторов, которые исследователи не измерили или не смогли полностью учесть.

Авторы также не смогли отдельно проанализировать различные молекулярные подтипы рака груди.

Наконец, BMI — довольно грубый показатель. Он характеризует отношение массы тела к росту, но не показывает непосредственно количество и распределение жировой ткани.

Самая важная оговорка исследования

Более высокий BMI в молодости нельзя рассматривать как профилактику рака груди.

Авторы подчёркивают это отдельно.

Даже если определённые биологические последствия большей массы тела в молодости действительно связаны с меньшим последующим риском рака молочной железы, избыточная масса тела имеет неблагоприятные последствия для кардиометаболического здоровья.

А в более позднем взрослом возрасте избыточная масса тела сама связана с повышенным риском постменопаузального рака груди.

Поэтому цель исследований совсем другая: понять, какой именно биологический процесс создаёт наблюдаемую обратную связь, а затем выяснить, можно ли когда-нибудь воспроизвести благоприятную часть этого механизма без набора веса.

Риск заболевания может начинаться за десятилетия до диагноза

Работа хорошо показывает принцип, который становится всё важнее в современной медицине: историю риска нельзя полностью восстановить по состоянию человека сегодня.

Имеет значение траектория жизни.

Вес в детстве, половое созревание, репродуктивные события, гормональные воздействия, изменение массы тела и структура тканей могут последовательно оставлять биологические следы.

Для рака груди это особенно интересно, потому что сама ткань молочной железы заметно меняется на разных этапах жизни.

Следующим шагом авторы считают исследования, которые будут отслеживать женщин от подросткового возраста до менопаузы и регулярно измерять не только массу тела, но и изменения структуры груди.

Тогда можно будет понять, существуют ли действительно критические периоды, когда формируется часть будущего риска.