Рак простаты пытаются лечить, заставляя клетки уничтожать собственные рецепторы
Экспериментальный препарат снизил ПСА у 60% пациентов с определёнными мутациями. Но главное открытие связано с механизмом его действия
Исследователи испытали необычный способ борьбы с раком простаты: вместо блокирования гормонального рецептора они заставили клетку самостоятельно разрушать этот белок. У пациентов с определёнными мутациями опухоли новый подход показал заметную активность. Однако результаты оказались сильно зависимыми от генетических особенностей рака.
Клиническое исследование I/II фаз, опубликованное 9 октября 2026 года в Journal of Clinical Oncology, показало потенциал препарата бавдегалута мида (bavdegalutamide, ARV-110) из класса PROTAC. Он использует естественную клеточную систему уничтожения белков. Это может открыть дополнительные возможности лечения устойчивого к гормональной терапии рака простаты, хотя сам исследованный препарат уже уступил место следующему поколению разработок.

Почему рак простаты иногда продолжает расти без тестостерона
Многие опухоли предстательной железы зависят от андрогенов — мужских половых гормонов, прежде всего тестостерона. Гормон связывается с андрогенным рецептором внутри клетки и запускает программу активности генов, способствующую росту и выживанию опухоли.
Поэтому важнейший принцип лечения распространённого рака простаты — подавление действия андрогенов.
Одни препараты резко снижают их образование. Другие, например энзалутамид, препятствуют активации андрогенного рецептора. Такой подход способен продолжительное время контролировать заболевание.
Но опухоль эволюционирует.
В процессе лечения могут появляться клетки с изменёнными андрогенными рецепторами. Некоторые мутации позволяют рецептору активироваться в необычных условиях или изменяют его взаимодействие с лекарствами.
В результате рак продолжает прогрессировать, несмотря на очень низкий уровень тестостерона.
Если заболевание уже распространилось за пределы предстательной железы, речь идёт о метастатическом кастрационно-резистентном раке простаты (mCRPC).
Это тяжёлая стадия заболевания, при которой существуют различные варианты системного лечения, но устойчивость к терапии остаётся одной из главных проблем.
PROTAC — лекарство, которое отправляет опасный белок на уничтожение
Большинство препаратов, воздействующих на белки, работают как блокаторы. Они связываются с определённым участком молекулы и мешают ей выполнять свою функцию.
PROTAC предлагает принципиально иной механизм.
Название расшифровывается как Proteolysis-Targeting Chimera — химерная молекула, направляющая белок на разрушение.
Представьте небольшой молекулярный переходник с двумя рабочими концами.
Один конец связывается с андрогенным рецептором. Второй привлекает специальный клеточный фермент — E3-убиквитинлигазу.
В случае бавдегалута мида используется ферментный комплекс, содержащий белок цереблон.
Когда лекарство сближает рецептор и фермент, последний помогает прикрепить к рецептору несколько молекул убиквитина — своеобразную метку для утилизации.
Эту метку распознаёт протеасома, клеточная система разрушения белков.
Протеасома расщепляет рецептор на небольшие фрагменты, компоненты которых клетка может использовать повторно.
Таким образом, препарат не просто временно препятствует работе рецептора. Он направляет сам рецептор на уничтожение.
При этом PROTAC не разрушает ген, кодирующий рецептор, и не останавливает навсегда его образование. Клетка способна синтезировать новые молекулы белка, которые также могут становиться мишенями лекарства.
Именно здесь заключается принципиальное отличие технологии: вместо постоянной блокады активности белка исследователи пытаются уменьшить его количество внутри клетки.
Что показало исследование с участием 239 мужчин
Международная группа исследователей под руководством Синь Гао и Дэниела Петрилака изучила бавдегалута мид у пациентов с метастатическим кастрационно-резистентным раком простаты.
Все участники ранее получали препараты, воздействующие на андрогенный сигнальный путь.
Исследование проводилось в 20 медицинских центрах США.
На первой фазе 95 пациентам назначали различные дозы препарата, чтобы оценить безопасность, переносимость и подобрать режим дальнейшего применения.
Для второй фазы была выбрана доза 420 мг один раз в сутки. В ней участвовали 144 пациента.
Исследователи оценивали изменения простатического специфического антигена (ПСА), размеры опухолевых очагов и время до прогрессирования заболевания по данным визуализации.
ПСА — белок, вырабатываемый клетками предстательной железы. При распространённом раке его динамика часто помогает оценивать активность заболевания, но сама по себе не доказывает уменьшение опухоли или увеличение продолжительности жизни.
Результаты зависели от мутаций в гене андрогенного рецептора.
У 20 пациентов, опухоли которых содержали мутации T878 и/или H875 без определённых сопутствующих изменений, снижение ПСА как минимум на 50% зарегистрировали в 60% случаев.
То есть у 12 из 20 мужчин.
В других молекулярных подгруппах аналогичный результат встречался значительно реже:
- 4,3% — при немутированном андрогенном рецепторе или других его изменениях, в группе из 46 оцениваемых пациентов.
- 3,1% — при наличии мутации L702H или варианта рецептора AR-V7, в группе из 32 пациентов.
Медиана выживаемости без радиологического прогрессирования составила 11,1 месяца в группе T878/H875, 4,2 месяца в группе с другими изменениями и 5,1 месяца в группе L702H/AR-V7.
Это время до обнаруженного на обследованиях ухудшения заболевания или смерти, а не показатель общей продолжительности жизни.
Различия выглядят существенными, однако группы не были рандомизированы, а их характеристики могли отличаться. Поэтому такие цифры нельзя интерпретировать как доказанное преимущество препарата у одних пациентов по сравнению с другими.
Почему снижение ПСА ещё не означает уменьшение опухоли
Это важнейшее ограничение результатов.
У 60% пациентов с мутациями T878/H875 зарегистрировали значительное снижение ПСА, но это не означает, что опухоли уменьшились у 60%.
Среди восьми пациентов этой подгруппы, у которых имелись измеряемые опухолевые очаги и можно было оценить объективный ответ, частичное уменьшение опухоли зафиксировали только у одного.
У большинства остальных пациентов с доступными измерениями исследователи наблюдали стабилизацию заболевания.
Стабилизация тоже может иметь клиническое значение при распространённом раке, но она не равнозначна регрессии опухоли.
Представители Йельской школы медицины дополнительно сообщили о случаях уменьшения боли. Однако опубликованная работа не содержит достаточных систематических данных, позволяющих установить, насколько часто и выраженно улучшалось самочувствие пациентов.
Поэтому наиболее надёжный вывод исследования — препарат продемонстрировал противоопухолевую активность в определённой молекулярной подгруппе, прежде всего по динамике ПСА.
Самое интересное обнаружили при сравнении мутаций
Казалось бы, если препарат способен уничтожать андрогенный рецептор, он должен работать при большинстве вариантов рака простаты, сохраняющих зависимость от этого белка.
Но оказалось, что всё сложнее.
Бавдегалута мид особенно активно действовал при мутациях T878 и H875. При мутации L702H и наличии AR-V7 результаты были значительно слабее.
Объяснение связано с устройством молекулярной мишени.
PROTAC должен правильно связаться с рецептором и одновременно сформировать продуктивный комплекс с ферментом, который запускает разрушение белка.
Если структура рецептора меняется, эффективность этого процесса тоже может измениться.
AR-V7 представляет собой укороченный вариант андрогенного рецептора, лишённый обычного участка связывания гормона. Бавдегалута мид не способен эффективно воздействовать на такой вариант.
Мутация L702H также снижает чувствительность рецептора к этому препарату.
Получается, что два пациента с одинаковой клинической стадией рака простаты могут совершенно по-разному реагировать на одну и ту же молекулу.
И причина не обязательно в общем состоянии здоровья или количестве предыдущих курсов лечения.
Она может находиться в небольшом изменении структуры конкретного белка.
Для выявления таких изменений исследователи использовали в том числе анализ циркулирующей опухолевой ДНК в крови.
Важно, что речь преимущественно идёт о молекулярных изменениях самой опухоли, которые могут возникать по мере её развития и лечения. Их не следует путать с наследственными мутациями, определяющими предрасположенность к раку.
Насколько безопасным оказалось разрушение рецепторов
Бавдегалута мид нельзя назвать препаратом без существенных побочных эффектов.
Во второй фазе исследования нежелательные реакции, которые врачи сочли связанными с лечением, зарегистрировали почти у 90% пациентов.
Наиболее частыми были:
- Тошнота — 56,3%.
- Утомляемость — 36,1%.
- Рвота — 34%.
- Снижение аппетита — 27,8%.
- Диарея — 24,3%.
У 17,4% участников второй фазы наблюдались связанные с лечением реакции третьей степени тяжести. Побочных реакций четвёртой степени в этой фазе не зарегистрировали.
При этом 11,8% пациентов потребовалось уменьшить дозу, а 11,1% прекратили лечение из-за нежелательных реакций.
На первой фазе встречались и более тяжёлые осложнения, включая повышение печёночных ферментов и острое повреждение почек. После выявления вероятного лекарственного взаимодействия с розувастатином протокол исследования изменили.
Таким образом, исследователи получили обнадёживающий, но не окончательный профиль переносимости. Для оценки безопасности в реальной клинической практике необходимы дополнительные данные.
Почему перспективный препарат не обязательно дойдёт до аптек
Здесь история делает неожиданный поворот.
Хотя исследование бавдегалута мида было опубликовано только в октябре 2026 года, основные представленные данные собирались раньше. Дата завершения сбора данных для опубликованного анализа — 26 июня 2024 года.
Более того, компания Arvinas уже приняла решение не развивать бавдегалута мид до III фазы.
Согласно её отчётности за девять месяцев 2026 года, исследования ARV-110 завершились во втором квартале 2025 года.
Причина не в том, что механизм PROTAC оказался несостоятельным.
Разработчик сравнил результаты отдельных исследований бавдегалута мида и следующего препарата этого класса — люксдегалута мида (luxdegalutamide, ARV-766).
Второй кандидат показался компании более перспективным по сочетанию эффективности и переносимости.
Права на его разработку в 2024 году получила Novartis.
По состоянию на ноябрь 2026 года люксдегалута мид исследуется во II фазе, в том числе в сочетании с другими противоопухолевыми препаратами.
Именно такая последовательность характерна для разработки лекарств: молекула первого поколения может доказать работоспособность нового подхода, но уступить место более совершенным соединениям.
При этом сама технология уже прошла важный регуляторный рубеж.
1 мая 2026 года FDA одобрило вепдегестрант (vepdegestrant, Veppanu) — препарат из класса PROTAC для лечения определённой группы пациенток с распространённым раком молочной железы, имеющим мутацию ESR1.
Это отдельное лекарство, направленное на другой гормональный рецептор. Его одобрение не распространяется на рак простаты и не подтверждает эффективность бавдегалута мида.
Но оно показывает, что направленное разрушение белков уже вышло за пределы исключительно экспериментальной технологии.
- Новый препарат JNJ-6143 уменьшил опухоли при устойчивом раке простаты
- Даролутамид при раке простаты: риск метастазов
Контекст рынка и отрасли:
Что это меняет для пациентов и онкологов
Для мужчин с метастатическим кастрационно-резистентным раком простаты исследование пока не означает появления нового доступного метода лечения.
Бавдегалута мид не стал одобренной стандартной терапией, а его опубликованные результаты не позволяют доказать увеличение продолжительности жизни.
Однако работа демонстрирует принципиальную возможность преодоления некоторых механизмов устойчивости к гормональным препаратам.
Для онкологов это усиливает интерес к молекулярному исследованию опухолей при прогрессировании заболевания.
Анализ опухолевой ДНК способен выявлять изменения, которые возникли уже во время лечения и потенциально могут определять чувствительность к новым лекарствам.
Для пациентов это означает, что в будущем выбор терапии может всё чаще зависеть не только от стадии заболевания и предшествующего лечения, но и от конкретной молекулярной структуры опухоли.
Пока же решения о генетическом тестировании, выборе стандартных препаратов или участии в клинических исследованиях необходимо принимать совместно с лечащим онкологом.
Синтез от АПТЕКИУМ: Главное достижение исследования — не появление ещё одной таблетки против рака простаты, а клиническое подтверждение того, что опухолевые сигнальные белки можно целенаправленно отправлять на разрушение с помощью собственных механизмов клетки. При этом результат зависит от строения мишени: технология может работать убедительно при одной мутации и значительно слабее при другой. Будущее такого подхода связано с созданием более эффективных молекул и точным определением пациентов, для которых они действительно полезны.
Для профессионального сообщества:
Данная публикация предназначена для специалистов здравоохранения и участников фармрынка. Аналитические выводы редакции носят информационный характер и не являются призывом к самолечению или заменой очной консультации врача. При работе с лекарственными препаратами необходимо руководствоваться официальной инструкцией и мнением профильного специалиста. Полный текст дисклеймера.
Источники и материалы
- Gao X. et al. Phase I/II Study of Bavdegalutamide, a Proteolysis-Targeting Chimera Androgen Receptor Degrader, in Metastatic Castration-Resistant Prostate Cancer. Journal of Clinical Oncology, 9 October 2026.
- Yale School of Medicine. Prostate Cancer Drug Shows Promise in New Clinical Trial. 22 October 2026.
- Arvinas Inc. Form 10-Q, quarterly report for the period ended September 30, 2026. Раздел о завершённых программах Bavdegalutamide и Luxdegalutamide.
- Arvinas. Research and Development Pipeline. Статус разработки Luxdegalutamide (ARV-766).
- U.S. Food and Drug Administration. FDA approves vepdegestrant for ER-positive, HER2-negative, ESR1-mutated advanced or metastatic breast cancer. 1 May 2026.


