Детей защищают от риска. Но рискованные игры могут помогать их развитию

Обзор 74 исследований связал самостоятельные игры на улице с физическим и психологическим благополучием детей. Однако не всякий риск полезен, а доказательства требуют осторожной интерпретации.

Ребенок забирается на дерево. Родитель наблюдает снизу и решает, нужно ли немедленно его остановить. Ведь он может упасть, испугаться или получить травму.

Но существует и другой вопрос: чему ребенок не научится, если никогда не получит возможности самостоятельно оценить высоту, проверить прочность ветки и решить, стоит ли подниматься дальше?

Именно этому противоречию посвящен систематический обзор, опубликованный 26 октября 2026 года в журнале PLOS One.

Международная группа ученых под руководством исследователей Университета Эксетера (University of Exeter) и Университета Британской Колумбии (University of British Columbia) проанализировала научные данные о связи рискованных игр с развитием детей.

Результаты заставляют внимательнее посмотреть на привычное представление о безопасности: устранение любой неопределенности из детских игр необязательно создает лучшие условия для развития.

Что ученые называют рискованными играми

В научной литературе используется термин risky play, который можно перевести как «игры с элементами риска» или «приключенческие игры».

Речь идет о занятиях, которые вызывают у ребенка возбуждение, любопытство и иногда небольшой страх, поскольку результат заранее неизвестен.

К ним относятся лазание по деревьям, быстрое катание с горок, преодоление препятствий, исследование незнакомых пространств, строительство собственных игровых конструкций и подвижные игры с физическим соперничеством.

Важная особенность таких занятий — ребенок не просто выполняет указания взрослого, а самостоятельно выбирает действия, оценивает собственные возможности и сталкивается с последствиями принятых решений.

При этом ученые принципиально различают риск и опасность.

Риск — ситуация, которую ребенок способен распознать и оценить с учетом своего возраста и опыта.

Опасность — обстоятельства, которые ребенок еще не умеет понимать или контролировать.

Невысокая прочная ветка, до которой ребенок способен самостоятельно добраться, может создавать посильную задачу. Ненадежная ветка на большой высоте представляет уже совершенно другую угрозу.

Поэтому исследование не призывает подвергать детей опасности. Оно рассматривает возможности приобретения самостоятельного опыта в условиях приемлемого риска.

Что обнаружили в 74 исследованиях

Авторы объединили результаты 74 научных работ, посвященных преимущественно детям в возрасте от 3 до 12 лет.

Из них 48 были количественными, 19 — качественными, а семь сочетали обе методологии.

Количественные исследования оценивали измеримые показатели: двигательную активность, психологические характеристики, поведение и другие результаты.

Качественные исследования изучали опыт детей, наблюдения педагогов и мнения родителей. Они позволяли понять, как дети воспринимают сложные ситуации и чему, по мнению участников, учатся во время игр.

Исследователи выделили четыре направления: рискованные игры в целом, игровые пространства, создающие возможности для таких занятий, самостоятельное передвижение без непосредственного сопровождения взрослых и игры с борьбой или физическим соперничеством.

Затем изучили связь с физическим и психическим здоровьем, социальными и когнитивными навыками, агрессией, способностью оценивать риск и травматизмом.

Общая картина оказалась преимущественно положительной.

Свободные приключенческие игры и среда, позволяющая детям самостоятельно выбирать сложные занятия, были связаны с благоприятными показателями сразу в нескольких областях развития.

Однако убедительность этих связей существенно различалась.

Самый надежный результат оказался связан со свободой передвижения

Наиболее последовательные научные данные касались самостоятельного передвижения детей, которое исследователи обозначают термином independent mobility.

Под ним понимается возможность гулять, играть и перемещаться в общественных пространствах без постоянного непосредственного сопровождения взрослых.

Дети с большей свободой передвижения обычно демонстрировали более высокую физическую активность.

Это касалось, в частности, самостоятельных прогулок и активного перемещения пешком или на велосипеде.

Объяснение достаточно понятное: возможность самостоятельно добраться до друзей, посетить игровую площадку или исследовать знакомую территорию создает дополнительные поводы двигаться.

Вместо того чтобы ждать, пока взрослые организуют очередное занятие, ребенок может инициировать активность самостоятельно.

Именно связь самостоятельного передвижения с физической активностью авторы назвали наиболее устойчивым результатом обзора.

При этом данных оказалось недостаточно, чтобы столь же уверенно связать самостоятельность передвижения с улучшением психологического здоровья, когнитивных способностей или умения избегать травм.

И еще одно важное уточнение: связь не доказывает, что именно предоставленная свобода увеличила физическую активность. Возможны и другие объяснения, включая особенности семьи и окружающей среды.

Почему лазание по деревьям может развивать больше, чем мышцы

Одна из интереснейших частей обзора касается психологических и поведенческих механизмов.

Представим ребенка, который пытается перейти по лежащему стволу дерева.

Сначала он оценивает расстояние до земли, затем пробует поставить ногу, проверяет равновесие и решает, продолжать ли движение.

В этой ситуации одновременно возникают несколько задач.

Необходимо координировать движения, оценивать собственные возможности, принимать решения в условиях неопределенности и справляться с эмоциональным напряжением.

Если попытка заканчивается неудачей, ребенок получает возможность изменить стратегию и попробовать снова.

Авторы обзора обнаружили свидетельства того, что подобные занятия связаны с уверенностью в собственных силах, эмоциональной саморегуляцией и психологической устойчивостью.

Эмоциональная саморегуляция — способность распознавать собственные переживания и управлять реакцией на них.

Психологическая устойчивость в данном контексте означает умение справляться с небольшими неудачами, разочарованием и неопределенностью.

В качественных исследованиях родители и педагоги описывали, как дети постепенно осваивали сложные движения, начинали увереннее оценивать свои возможности и лучше справлялись с первоначальным страхом.

Но важно различать предполагаемый механизм и доказанный эффект.

Пока нельзя утверждать, что лазание по деревьям само по себе предотвращает тревожные расстройства или обеспечивает более крепкое психическое здоровье в будущем.

Обзор показывает благоприятные взаимосвязи и возможные механизмы, которые еще предстоит проверить в более строгих исследованиях.

Самостоятельность может учить ребенка распознавать опасность

Здесь возникает наиболее интересный парадокс.

Чтобы научиться оценивать риск, ребенку необходимо получить хотя бы некоторый опыт взаимодействия с неопределенностью.

В исследованиях выделялись три взаимосвязанных компонента такого обучения.

Первый — готовность столкнуться с посильным риском.

Второй — способность оценить, насколько ситуация опасна.

Третий — умение изменить свое поведение, чтобы справиться с возникающей угрозой.

Например, ребенок может научиться проверять устойчивость опоры, сравнивать разные способы преодоления препятствия или вовремя отказываться от слишком сложной задачи.

Особенно важно последнее.

Умение управлять риском не означает стремление всегда идти дальше. Иногда правильное решение — остановиться.

Качественные исследования действительно описывали подобное обучение в естественных игровых условиях.

Однако количественных доказательств пока очень мало. В одном экспериментальном исследовании обнаружили улучшение результатов компьютерного теста на распознавание риска, но аналогичного улучшения при непосредственном наблюдении за поведением на площадке не выявили.

Поэтому предположение, что приключенческие игры помогают предотвращать серьезные травмы в будущем, остается гипотезой, а не установленным фактом.

Не все рискованные игры показали одинаковые результаты

Отдельного внимания заслуживают игры с борьбой, толканием, преследованием и физическим соперничеством.

На первый взгляд они могут казаться хорошей возможностью для развития самоконтроля и социальных навыков.

Но обзор выявил неоднозначную картину.

Для большинства изученных показателей результаты различались между исследованиями. При этом количественные работы достаточно часто обнаруживали связь таких игр с более выраженной агрессией.

Однако значительная часть этих данных получена в старых исследованиях невысокого методологического качества.

Авторы обращают внимание на проблему измерения: наблюдатели не всегда могли надежно отличить добровольную игровую борьбу от настоящего агрессивного поведения.

Это принципиальная разница.

Когда оба ребенка согласны участвовать, понимают правила и могут прекратить игру, взаимодействие отличается от ситуации, в которой один участник причиняет другому нежелательный вред.

Следовательно, нельзя автоматически считать все игры с физическим соперничеством полезными. Но и утверждать, что любая игровая борьба повышает агрессивность, имеющиеся данные не позволяют.

А что происходит с травмами?

Этот вопрос особенно важен, потому что именно опасения травм часто становятся причиной ограничений.

Одно из количественных исследований, включенных в обзор, обнаружило, что дети, пробовавшие больше разнообразных видов рискованных игр, чаще получали травмы.

При этом связь зависела от уровня самоконтроля ребенка.

Другие работы, преимущественно качественные, описывали различные ситуации: от небольших ссадин и ушибов до отсутствия заметного увеличения травматизма после изменений игровой среды.

Но эти наблюдения нельзя объединить в убедительное доказательство безопасности всех рискованных игр.

Данных о частоте и тяжести травм недостаточно, особенно для оценки серьезных повреждений.

Почему 74 исследования еще не означают окончательного научного ответа

Количество работ впечатляет, но качество доказательств имеет не меньшее значение.

Из 74 исследований только 18 получили высокую общую оценку методологического качества.

Еще 37 оценили как исследования среднего качества, а 19 — низкого.

Особенно заметны ограничения количественных данных: лишь четыре из 48 количественных исследований были признаны высококачественными.

Большинство работ не позволяло установить причинно-следственную связь.

Например, дети, которым разрешают больше самостоятельных прогулок, могут жить в более безопасных районах, иметь доступ к зеленым пространствам или воспитываться в семьях с определенными привычками.

Каждый из этих факторов потенциально связан с физической активностью и благополучием независимо от самих рискованных игр.

Кроме того, количественные эффекты обычно были небольшими.

Исследования настолько различались по методам и показателям, что авторы не смогли провести единый метаанализ — статистическое объединение результатов для расчета общей величины эффекта.

Есть и географическое ограничение: значительная часть исследований проводилась в относительно обеспеченных странах. Переносить результаты на любые условия проживания было бы неправильно.

Поэтому корректный научный вывод звучит осторожно: приключенческие игры связаны с рядом благоприятных показателей развития, но для подтверждения причинных эффектов нужны более качественные исследования, включая длительное наблюдение и контролируемые вмешательства.

Как найти баланс между безопасностью и самостоятельностью

Авторы исследования не предлагают универсальной нормы рискованных игр.

Нет научно установленного количества минут лазания по деревьям или числа самостоятельных прогулок, необходимых для психологического благополучия ребенка.

Вместо этого речь идет о создании возможностей для разнообразной самостоятельной активности.

Для младших детей такими возможностями могут становиться преодоление невысоких препятствий, игры с природными материалами и исследование пространства при доступном взрослом.

По мере взросления могут расширяться самостоятельность, радиус прогулок и сложность игровых задач.

При этом необходимо учитывать возраст, реальные навыки ребенка, особенности окружающей среды и способность взрослых своевременно вмешаться.

Важна не максимальная степень риска, а соответствие задачи возможностям ребенка.

Такой подход позволяет иначе сформулировать цель безопасности.

Взрослые должны не только защищать ребенка от опасностей, которые он пока не способен распознать, но и постепенно создавать условия для приобретения собственного опыта.

Причем самостоятельность не обязательно означает отсутствие присмотра. Нередко достаточно позволить ребенку самому выбрать способ решения задачи, сохраняя возможность помочь в случае необходимости.

Следующий шаг науки — выяснить, какие именно виды игр дают наибольшую пользу, как меняется эффект в зависимости от возраста и можно ли улучшить способность детей управлять рисками без увеличения тяжелого травматизма.