В НГУ разрабатывают ПЦР-панель для оценки генов, влияющих на метаболизм антидепрессантов. Такой тест не выбирает лекарство автоматически, но может помочь врачу сократить путь к эффективной и безопасной терапии.
Tarsus Pharmaceuticals покупает Alkeus за сумму до 800 млн долларов и получает препарат гильдеуретинол для болезни Штаргардта. Сделка показывает, как редкие заболевания сетчатки становятся новым направлением инвестиций в офтальмологии.
Объяснения медицинского ИИ кажутся полезными, но могут усиливать доверие к ошибочному диагнозу. Исследование Nature Medicine показало, почему обычные люди и врачи реагируют на подсказки языковых моделей по-разному.
Сеченовский университет разработал ферментную эмульсию панкреатина для пациентов после операций на желудке, пищеводе и поджелудочной железе. Новая форма предназначена для введения через зонд, но ее преимущества еще предстоит подтвердить в крупных исследованиях.
Доля российских ветеринарных кардиопрепаратов выросла с 5,2% до 34,8% за четыре года. Разбираем, почему локальные аналоги захватывают рынок, что происходит с Ветмедином и как изменится конкуренция.
В 2025 году рынок закупок препаратов против гепатита вырос до 28,6 млрд рублей, но темпы резко замедлились. Главные изменения происходят в регионах, структуре терапии и распределении долей между поставщиками.
«36,6» приобретает 83 аптеки сети «Диалог» после недавней покупки «Трики». Разбираемся, почему компания концентрирует активы в Московском регионе и как укрупнение сетей меняет аптечную розницу.
Биоинженерная жевательная резинка снизила содержание ВПЧ и связанных с раком бактерий в образцах пациентов. Исследование раскрывает новый подход к локальной профилактике, но пока не подтверждает эффективность у людей.
Побочные эффекты возникают не потому, что лекарство «ошибается», а потому, что одни и те же рецепторы и механизмы работают в разных тканях. Разбираем, как оценивать риск и почему длинная инструкция не всегда должна пугать.
7 августа 2020 года FDA одобрило рисдиплам — первое пероральное лекарство от спинальной мышечной атрофии. Терапия, воздействующая на обработку РНК, стала доступна дома и изменила представление о лечении тяжёлых генетических заболеваний.