ИИ уже используется на многих этапах медицинских исследований, но до строгой клинической проверки доходит малая часть разработок. Почему высокая точность алгоритма ещё не означает пользы для пациента?
В 1999 году смерть 18-летнего Джесси Гелсингера после экспериментальной генной терапии заставила отрасль пересмотреть безопасность исследований. Эта трагедия изменила отношение к вирусным векторам, информированному согласию и конфликтам интересов.
FDA обсуждает, как встроить психоделическую терапию в реальную медицину. В центре — доказательность, безопасность, подготовка специалистов, многочасовые сессии и вопрос, сможет ли система здравоохранения масштабировать такое лечение.
Глобальное исследование EVOKE-03 не подтвердило пользу Trodelvy в первой линии рака легкого. Но результаты из Китая оказались заметно лучше и поставили новый вопрос: насколько география влияет на оценку TROP2-конъюгатов.
13 сентября 1999 года Джесси Гелсингер получил экспериментальную генную терапию и умер через четыре дня. Его смерть стала переломным моментом для всей отрасли и изменила подход к безопасности, надзору и информированному согласию.
Пять сюжетов о том, как фармацевтика, регуляторы и технологии управляют неопределённостью: Novartis пересматривает клинический риск, FDA оценивает новые данные, Apple развивает мониторинг здоровья, Bayer ограничивает юридические обязательства.
FDA перенесла решение по занзалинтинибу Exelixis на март 2027 года после получения дополнительных данных. Разбираем результаты STELLAR-303, сочетание с атезолизумабом, выигрыш в выживаемости и цену более высокой токсичности.
Два провала исследований за несколько дней обрушили акции Новартис и заставили крупного акционера потребовать усилить контроль совета директоров над многомиллиардными сделками и клиническими рисками.