Все гоняются за глубоким сном. Но самые широкие связи со здоровьем нашли у REM

Исследование 95 559 человек показало, что для здоровья важны не только часы сна и глубокий сон, но вся его архитектура

Миллионы людей начинают утро одинаково: открывают Garmin, Apple Watch, Oura или другое приложение и смотрят, сколько они спали. А затем — сколько получилось глубокого сна.

Новое исследование заставляет посмотреть на эти цифры иначе.

Не потому, что глубокий сон оказался неважным. Напротив, его большая продолжительность была связана с меньшим риском нескольких заболеваний. Неожиданность в другом: значительно более широкий спектр связей с последующим здоровьем исследователи обнаружили у REM — фазы сна, которую многие знают прежде всего как время ярких сновидений.

Вместо одной цифры ученые разобрали сон на части

Работа опубликована 17 сентября 2026 года в PLOS Medicine. Исследователи использовали данные 95 559 участников UK Biobank, средний возраст которых составлял 56,2 года.

В течение семи суток люди носили на запястье акселерометр. Затем алгоритм глубокого обучения SleepNet оценивал структуру их сна: REM, глубокий и легкий сон, общую продолжительность, пробуждения после засыпания и нерегулярность сна.

После этого исследователи наблюдали за участниками медианно 8,9 года и проверили связь этих характеристик с 1049 различными заболеваниями.

Это важное отличие от привычных исследований, где человека просто спрашивают: «Сколько часов вы обычно спите?» Самооценка сна не всегда хорошо совпадает с объективными измерениями.

Здесь исследователи попытались получить значительно более подробную картину: не просто сколько человек находился во сне, а как этот сон был устроен.

REM оказался связан с неожиданно широким спектром заболеваний

После строгой статистической поправки на множественные сравнения исследователи обнаружили 156 значимых ассоциаций между характеристиками сна и последующими заболеваниями.

Особенно выделялся REM.

Разница между 25-м и 75-м процентилями его продолжительности составляла 47,6 минуты. Такое увеличение REM было связано с меньшим риском 83 заболеваний из 12 категорий.

Например:

• сердечная недостаточность — HR 0,74;
• фибрилляция предсердий — HR 0,83;
• деменции — HR 0,54;
• болезнь Альцгеймера — HR 0,69;
• паркинсонизм — HR 0,20.

HR, или hazard ratio, показывает относительную частоту возникновения события во времени между сравниваемыми группами. Значение ниже 1 означает, что заболевание в группе с большим количеством REM возникало реже.

Но здесь особенно важно не сделать лишний шаг.

HR 0,54 для деменции не означает, что увеличение REM на 47,6 минуты «снижает риск деменции на 46%». Исследование обнаружило статистическую связь. Оно не доказало, что именно REM был причиной различий.

А что произошло с глубоким сном

Глубокий сон тоже показал благоприятные связи — просто их оказалось значительно меньше.

Увеличение его продолжительности на межквартильный диапазон, составлявший 47,5 минуты, было связано с меньшим риском семи заболеваний из пяти категорий.

Среди них:

• диабет 2 типа — HR 0,89;
• большое депрессивное расстройство — HR 0,86;
• апноэ сна — HR 0,78;
• болезнь Паркинсона — HR 0,70.

Поэтому вывод «REM полезен, а глубокий сон неважен» был бы неправильным.

Исследование говорит о другом: разные компоненты сна несут разную информацию о здоровье, а привычное внимание только к продолжительности и глубокому сну может давать слишком упрощенную картину.

Почему REM вообще может быть важен

REM — rapid eye movement, или сон с быстрыми движениями глаз. В этой фазе мозг остается удивительно активным: именно с REM часто связаны яркие сновидения.

REM участвует в процессах памяти, эмоциональной регуляции и работе нервной системы. Его структура меняется с возрастом и при различных заболеваниях.

Но новое исследование не установило биологический механизм, который объяснял бы все 83 найденные связи.

И это принципиальное различие.

Можно предполагать, что REM отражает качество работы нервной системы, общее состояние организма или влияние других факторов. Возможен и противоположный путь: начинающееся заболевание способно изменить структуру сна задолго до постановки диагноза.

Именно поэтому ассоциация еще не означает причинность.

Вот где исследование становится особенно интересным

Ученые дополнительно рассчитали не абсолютное количество каждой стадии, а ее долю в общем времени сна.

И связь не исчезла.

После учета общей продолжительности сна большая доля REM оставалась связана с меньшим риском 54 заболеваний.

Это важный момент: результат нельзя полностью объяснить простой формулой «у человека больше REM, потому что он вообще дольше спит».

Но и это по-прежнему не превращает REM в самостоятельный лечебный фактор.

Исследование скорее показывает, что архитектура сна может содержать информацию, которую мы теряем, когда сводим весь сон к одному показателю — количеству часов.

Восемь часов оказались не магической границей

Еще один результат касается общей продолжительности сна.

Для 86 заболеваний исследователи обнаружили нелинейную зависимость: риск менялся не по принципу «чем больше сна, тем лучше».

Для 69 из этих заболеваний точка минимального рассчитанного риска находилась в диапазоне примерно 6–8 часов.

Например, минимум составлял около:

• 7,34 часа для диабета 2 типа;
• 7,53 часа для деменции;
• 7,10 часа для хронической болезни почек;
• 6,57 часа для большого депрессивного расстройства.

Особенно выделялся очень короткий сон. Среди людей, спавших менее пяти часов, обнаружили 37 из 41 статистически значимой неблагоприятной ассоциации при сравнении с группой 6–8 часов.

Однако эти цифры не означают, что теперь всем следует стремиться именно к шести часам сна.

Есть важная техническая причина.

Алгоритм SleepNet оценивал сон по движениям запястья. По сравнению с лабораторной полисомнографией — золотым стандартом исследования сна с регистрацией электрической активности мозга, движений глаз и других сигналов — его оценка общей продолжительности сна в среднем отличалась примерно на 48 минут.

Поэтому найденные «6–8 часов» нельзя механически превращать в новое универсальное предписание и противопоставлять существующим рекомендациям по продолжительности сна.

Ваши часы не проводят полисомнографию

Это, пожалуй, самый практический вывод исследования для владельцев носимых устройств.

SleepNet был обучен на более чем 1100 ночах, одновременно записанных акселерометром и лабораторной полисомнографией. Но даже этот исследовательский алгоритм определял стадии сна по движению лишь с умеренной точностью.

Авторы прямо предупреждают: полученные показатели следует рассматривать как оценки стадий сна на основе движения, а не как точное физиологическое измерение REM или глубокого сна.

Тем более осторожно нужно относиться к процентам REM и глубокого сна, которые каждое утро показывает обычный потребительский трекер.

Они могут быть полезны для наблюдения за тенденциями — например, за изменениями режима или общей продолжительности сна. Но разница между «18% REM вчера» и «21% сегодня» не является медицинским диагнозом и сама по себе не говорит, стал ли человек здоровее.

Самое серьезное ограничение скрывается не в часах, а во времени

Есть еще одна проблема, которую легко пропустить.

Исследователи попытались уменьшить вероятность обратной причинности: заболевания, диагностированные в первые шесть месяцев после измерения сна, исключались из соответствующего анализа.

Затем они провели более строгую проверку, исключив случаи, возникшие в течение двух лет.

После этого статистически значимыми остались 95 из первоначальных 156 ассоциаций — примерно 60%.

Это существенная деталь.

Она показывает, что часть обнаруженных связей действительно могла объясняться ранними, еще не диагностированными заболеваниями, которые уже меняли сон человека.

Кроме того, сон измеряли всего семь дней. Участники UK Biobank в этой выборке были преимущественно белыми — 96,9% — и в среднем социально благополучнее общей популяции. Медицинские исходы определяли по стационарным диагнозам, поэтому некоторые заболевания могли быть недоучтены.

Не нужно начинать «оптимизировать REM»

Исследование не отвечает на вопрос, можно ли искусственно увеличить REM и тем самым предотвратить деменцию, болезнь Паркинсона или сердечную недостаточность.

Такого эксперимента здесь не проводили.

Поэтому гонка за REM-процентами может оказаться повторением той же ошибки, которая уже произошла с глубоким сном: сложную физиологию сна превращают в одну цифру, которую хочется максимизировать.

Гораздо разумнее видеть всю картину: достаточную продолжительность, относительную регулярность, непрерывность сна, самочувствие днем и отсутствие выраженных нарушений.

А постоянная бессонница, сильная дневная сонливость, громкий храп с остановками дыхания или другие устойчивые нарушения сна — повод обсуждать проблему со специалистом, а не пытаться самостоятельно исправлять график стадий на часах.